— Ну-ка… Смотри, модный какой стал… А ведь и вправду — теперь признала. Только есть ли у меня парень или нет — это вопрос. Женька с родителями в ФРГ укатил… Погоди… а не ты ли это ему посоветовал?

— Не советовал, а рассказывал, как правильно оформить выезд, — отпираюсь я. — А что, правда уехал?

С Жекой я дружил почти тридцать лет, ещё с армии. Но в ФРГ он уехал только в девяносто пятом — вместе с женой и дочкой. А значит, я что-то поменял.

Катюха… да, всегда была симпатичная, и помню, действительно врачихой работала. Но при мне таких чулочков не носила. Хотя, конечно, виделись мы редко.

— Уехал… — вздохнув, подтвердила Катя. — Ты про альбуцид не забудь. Если надо — дам.

Конечно же, мои гормоны это простое русское слово истолковали по-своему.

— Опять покраснел! Господи, у тебя что, девушки нет? — рассмеялась она. — Как пацан какой-то. Хочешь, познакомлю с подругой? Помнишь, с нами в ресторане девушка была? Она, как и я, сейчас одинока.

— Так уж и одинока? — не поверил я. — Вы с Женей вроде пожениться хотели… А что за девушка? Та, что с Эдиком была?

— Во у тебя память! — восхитилась медсестра. — Да, она. Но Эдик уже женат, а Ира одна кукует. Как и я.

— С такими шикарными ногами да прочими частями тела ты недолго одна будешь. Жека — дурак, что уехал, не женившись на тебе.

— А ты забавный! — хмыкнула Катерина и потрепала меня по коротко стриженной голове. — Приезжай на выходные в гости, я тебе адрес Женькин дам. Не скалься! Реально его телефон есть и адрес, но хрен выговоришь их названия, а тем более запомнишь. Дома записан.

— Что, Катюш, электрик понравился? — в кабинет заглянула пожилая тётка в белом халате.

— Он не электрик. Боксёр, если правильно помню, — ни капли не смутилась Катерина.

Меня долечивали уже как своего. Даже мазюку какую-то дефицитную сунули в руки. Блат, ёпта, кругом!

Еду домой — благо бобик меня дождался — и размышляю.

А ведь Катюха реально может выскочить замуж за другого. И той самой чудесной дочки у моего друга не родится. Нет, может и родится… только другая. Или вообще сын.

Сложный выбор: как-то повлиять на Катюшу? Или на Женьку? Или, наоборот… будь что будет?

Но в любом случае я — на стороне Жеки. Его я знаю с восемьдесят седьмого, со времён службы в армии… Тогда-то мы и сдружились по-настоящему. В части он, помню, устроился грамотно — попал в повара. Я частенько ошивался у него на кухне и регулярно имел на ужин жареную картошечку с лучком, тогда как остальные давились унылой перловкой.

И в девяностые он меня выручал. Когда всё вокруг трещало и рушилось, у него уже был свой довольно крепкий бизнес — какое-то российско-немецкое предприятие. И раскрутился он неплохо.