— Оксана, быстро вноси это отдельным пунктом! И по имуществу тоже! — командует Шумин и хвалит меня: — Молодец, Толя, это важно… Пожалуй, надо даже Горбачёву сообщить… А то он уже второй день на взводе.

«Вот почему генсек не интересовался звонком румынского министра… Тут и своих внутренних проблем хватает», — понимаю я причину его отвлечённости.

— А надо ли создавать компартию Литвы на платформе КПСС? — размышляю я. — Там много делегатов осталось?

— Человек двести из тысячи с гаком, — прикидывает Гриша, пока Оксанка строчит.

— Тогда создать стоит. И всё имущество — ей. А ещё лучше… — на секунду задумываюсь. — Исключить из КПСС всех, кто вышел. Полностью. Раз они больше не в партии — никаких прав на имущество у них быть не должно.

Делаю паузу, сам удивляясь, насколько жёстко это звучит, но продолжаю:

— И направить силы правопорядка на места. Пусть заберут ключи от кабинетов, всё под охрану возьмут…

— Хочешь горячую точку и в Прибалтике? — скривился Гриша.

— Это предложение от ЦК, — пожимаю плечами. — Примут или нет — не нам решать. Пусть Политбюро думает. Но счета заморозить надо немедленно.

— Пленум ЦК КПСС, скорее всего, будет принимать постановление… но в целом ты прав. Мы свои предложения дадим, а за всё отвечает Болдин, — немного успокаивается Гриша.

Да и если вдуматься — откуда у литовской компартии эти миллионы? Не из взносов же, честное слово. Основные деньги — из системы, из общего котла. То есть, по сути, народные.

И получается занятная картина: с идеологией вашей мы не согласны, мы уходим… но кассу, будьте добры, оставьте нам.

Вот так страну и растащат по кускам, пока наверху будут раздумывать и оценивать ситуацию.

Чёрт, а ведь надо ехать на Съезд. Знаю я этого меченого — будет мямлить, искать компромиссы: как бы никого не обидеть, как бы не обострить…

А сейчас — ВРЕМЯ БИТЬ ПЕРВЫМ!

Но бить будем аккуратно. По закону.

Так-с… что мы имеем? Делегаты избирались по Уставу КПСС, на её платформе. Значит, и мандат у них — на работу внутри партии. Не вне её.

Плохо, что не помню, как всё дальше развивалось… Вроде войска вводили. Смутно вспоминаются танки у телецентра… Но, скорее всего, не сейчас — позже.

Чёрт… Не особо я тогда политикой интересовался — больше девочками…

Кстати, о «девочках»: надо бы завтра заехать в институт. Давно там не появлялся. Пока у меня халява — выступления за сборную прикрывают. Но стоит только завязать со спортом, и всё это мгновенно закончится. Вижу же, как пашут на занятиях бывшие именитые спортсмены… И никаких им поблажек.

На следующий день утром я отметился на паре семинаров и до Дворца съездов добрался только после обеда, вернее, ближе к вечеру. Главные законопроекты к этому моменту уже приняли.