— Каждый из вас такую купит. Если впряжёмся в дело как следует, — щедро обещаю я.

— У меня прав нет, — хором выдают помощнички.

— Короче, парни, едем смотреть наш будущий клуб, — сообщаю я.

— «Клуб»… — кривится Бейбут. — Слово какое-то немодное. Нафталином тянет.

— Так в наших силах это исправить, — усмехаюсь я, выруливая по узким улочкам.

Двигатель работает… но его почти не слышно. Не тарахтит, не гудит — просто где-то есть. Как будто машина не едет, а скользит.

Мне в ней нравится всё. И особенно — запах. Не бензина, не тряпок или пыли, как в наших. А кожи и пластика… но другой, непривычный. Чистый какой-то.

Еду предельно аккуратно. Руль лёгкий, послушный. В голове уже крутится: противоугонку бы сюда нормальную поставить. И сигналку. Лучше прямо из ФРГ заказать.

Ещё замок на рычаг передач хорошо бы… Хотя тут он другой, не механика, но что-нибудь придумать, думаю, можно.

А на руль — штангу. Металлическую. Чтобы всякая шпана даже не пыталась.

Внезапно двигатель теряет тягу и через пару секунд плавно глохнет.

— Что за бля… — вырывается само собой. — Хорошо ещё в крайнем правом ряду стоим. Во хвалёная немецкая техника… Сломалась!

— Толяныч… это я, кажется, нажал что-то, — виновато тянет Бейбут, который до этого ковырялся в бардачке.

— Чё там? — наклоняясь, заглядываю туда.

Вижу еле заметный, чёрный, маленький металлический тумблер, притулившийся сверху. И на кой он нужен…

И тут меня осеняет.

— Бейбут, ты красава! С меня подгон! Это ж противоугонка!

Щёлкаю его обратно.

— Смотри… не стартер — иначе мы бы вообще не поехали. Не зажигание — тогда бы сразу встали. А мы пару секунд тянули… Бензонасос, мать его. Питание обрубает!

— Ничего себе… — облегчённо выдыхает Бейбут. — Я думал, мы уже толкать пойдём…

— Ты будешь толкать, — хмыкаю я, — если ещё раз полезешь куда не надо.

Поворачиваю ключ. Двигатель снова оживает — тихо, будто ничего и не было.

— Только больше на ходу ничего не трогай, я тебя умоляю. А то высажу.

— Ага, не буду! Ты тоже понял? — оживляется экспериментатор и поворачивается к Аркаше, у которого, уверен, и мысли такой не возникло бы. — А как это работает?

— Тумблер включён — машина едет. Выключен — насос не качает, машина глохнет, — объясняет вместо меня Славнов с видом человека, которого зря за идиота держат.

Едем дальше. Хорошо, пока бензин не нужен — бак полный. Моей «Ауди» только 98-й подавай. Ну или накрайняк 95-й… но это нежелательно. А сейчас на обычных заправках и 95-й не всегда сыщешь.

Ладно, выкручусь. В ЦКовском гараже, слышал, 98-й есть — иномарок там хватает. В гараже Совмина РСФСР — тоже. Решу вопрос.