— А я знал, что этот несносный мальчишка всех удивит, — с ухмылкой произнес он.

Кривотолков ничего не сказал. Лишь легкая ухмылка мелькнула в уголках его губ. Князь Соколов то бледнел, то краснел, до хруста сжимая кулаки.

Комментатор меж тем отмер. Вскочил, дергаясь, будто марионетка:

— Друзья!!! Вы видели??? Константин Безумов голыми руками остановил удар княжны Светланы!!! Кулак, заряженный чудовищной энергией!!! Поймал, словно бейсбольный мяч!!!

Зрители отмерли, взревели. Зааплодировали, засвистели. Крики, улюлюканье, восторженный визг! Кто-то даже принялся скандировать мое имя!

А я отрешился от внешнего. Сосредоточил взор на застывшей Светлане. Медленно, с усилием разжал пальцы, отпуская ее кулак.

И тихо, одними губами произнес:

— Ну что, убедилась? Без толку тягаться со мной в грубой силе. Давай закончим этот фарс. Сдавайся, пока не поздно.

Светлана отпрянула, отшатнулась. Глаза ее округлились. Она ошеломленно переводила взгляд с меня на свой кулак и обратно. Никак не могла взять в толк — как? Как это вообще возможно?

Я стоял молча. Ждал, что она ответит.

Зрители неистовствовали, скандируя мое имя. Крики, свист, улюлюканье — все слилось в сплошной гул, звеневший в ушах! Но я не обращал внимания на восторги толпы. Мой взгляд был прикован только к застывшей Светлане.

Я молчал, лишь сверлил княжну немигающим взглядом. Чувствовал, как моя правая кисть, остановившая атаку, мелко подрагивает. Такое напряжение, такая чудовищная вибрация до сих пор сковывали ее! Казалось, вот-вот треснут кости, разорвутся сухожилия.

И тут раздался негромкий, но отчетливый хруст. Боль вспыхнула, прострелила руку до самого плеча! Я скосил глаза… Мизинец выгнулся под совершенно неестественным углом!

Похоже, все-таки не выдержал. Не совладал с чудовищным давлением, переломился…

Я стиснул зубы, превозмогая грызущую боль. Главное — не подавать виду! Ни в коем случае не показывать слабину перед противником!

Но Светлана уже уловила мою заминку, сощурилась.

— Ну что, Безумов, сколько ты еще выдержишь в таком темпе? — промурлыкала она, подбоченясь. — Гляжу, уже на пределе, а? Того и гляди развалишься на части!

Я мысленно выругался. Дьявол, как не вовремя!

Потому что да, чего греха таить — я и впрямь держался из последних сил. Синхронизация Бездны — штука мощная, но энергозатратная до ужаса! Тут любой выдохнется, даже я. Темная субстанция, клубившаяся в моих венах, с каждой секундой истончалась, грозя вот-вот иссякнуть.

И тогда — все. Крышка. Без Бездны я Свете и на один зуб не соперник! Размажет по стенке и не подавится!