Спустя полминуты горе-правдорубы валялись бесформенной кучей малой в коридоре, хлопая глазами и силясь подняться. Я с презрением взирал на них сверху вниз, упирая руки в боки.

— Пшли вон, — бросил со священной яростью. — И чтоб духу вашего здесь не было. Иначе в следующий раз сдерживаться не буду. Усекли?

— Да вы диктаторы и угнетатели, душители свободы! — пискнул какой-то молодчик. — Мы о вас всю правду напишем!

Я лениво закатал ему в глотку шар Бездны, заставив заткнуться. Молодчик закашлялся и выпучил глаза. Я прилепил ему Бездной язык к небу — до вечера будет ходить молча.

Журналисты заполошно закивали. Спотыкаясь и неуклюже цепляясь друг за друга, они ретировались — только пятки засверкали.

Я с силой захлопнул дверь и повернулся к притихшим девчатам.

— Ну вы видали, а? Совсем распоясались, писаки недоделанные! Лезут, понимаешь, в душу без мыла!

— И не говори! — встряла Настя, возмущенно сдувая упавшую на глаза челку. — Эти ищейки вконец оборзели! Вломились, будто к себе домой!

— Хуже другое! — недовольно произнес я. — Не могли они сами пробраться сквозь посты! Вы же видели, какая тут охрана — иголку не проронишь, не то что целую ораву журналюг! Значит…

— Значит, им специально дали зеленый свет! — ахнула Эмми, на щеках вспыхнул гневный румянец. — Но кто? И зачем? Чтобы нас отвлечь?

Я мрачно кивнул. Вот-вот. Больно вовремя они нарисовались — аккурат перед решающим боем. И вопросы свои провокационные задают, сбивают настрой и концентрацию. Нет, ребятки, что-то здесь нечисто. Кто-то отчаянно жаждет вывести нас из равновесия…

Поток моих мыслей прервал громогласный рев толпы за окном. Кажется, битва на арене вот-вот начнется! И судя по накалу страстей — будет жарко!

Мы дружно бросились к окну. А там…

Противоборствующие команды уже выстроились друг напротив друга. Над ареной повисло напряженное, звенящее молчание. Казалось, даже сам воздух искрил от переполнявшей его магической мощи.

С одной стороны — Кривотолковы. Олег, мрачный и собранный, возглавлял их маленький отряд. По правую руку от него застыл Вольдемар — исполинская гора мышц и хладнокровной ярости. Никаких сомнений — этот умеет сражаться и получает от процесса искреннее удовольствие. Рядом пружиной сжалась Дарья — зубы оскалены, в глазах пляшут отблески безумия вперемешку с предвкушением. За ними сгрудились младшие Кривотолковы — Эраст и Милана. Эти двое казались не в своей тарелке, особенно на фоне старших товарищей, нервно переминались с ноги на ногу. Но куда деваться? Назвался груздем — полезай в кузов.

На другом краю арены возвышалась зловещая женская фигура в маске и черном плаще до пят. Ее окружало четверо бойцов самого свирепого вида — мрачные, напряженные, увешанные оружием и артефактами. Рожи — хоть на стенку вешай в назидание другим. Но, как ни странно, вид у них подобострастный и даже какой-то заискивающий, что ли. Во взглядах, обращенных на Госпожу — фанатичный восторг вперемешку с благоговейным ужасом. Словно перед ними не человек вовсе, а мифическое божество. Странная дамочка — что же такое она с ними сотворила, что те перед ней разве что на коленях не ползают?