Но Фома лишь сплюнул под ноги:
— Слышь, Кривотолков — можешь свой сладкий язык в жопу себе засунуть! Я скорее сдохну, чем под тобой ходить буду!
Он сделал короткий пасс рукой — и черная аура вокруг него вновь вспыхнула. Вскипела грязной, бурлящей пеной, поползла по траве. Толстые щупальца тьмы потянулись к Князю, заструились по земле и тропинкам. Огромную область вокруг Фомы словно накрыла живая шевелящаяся тень из миллиона отростков…
Редкие прохожие, наблюдавшие за битвой издалека, завопили не своим голосом. Шарахнулись прочь со всех ног. Детишки плакали, женщины истошно голосили… Какой-то пожилой господин попятился, запутался в собственной трости и, нелепо взмахнув руками, бухнулся навзничь. А метнувшаяся на помощь барышня тут же напоролась ногой на торчащий из земли коварный сучок и полегла рядышком, крича от боли.
В мгновение ока ближайшие окрестности опустели. Люди разбегались с воплями, спасаясь от разгорающегося сражения.
Кривотолков ухом не повел. Лишь дернул краем рта в презрительной ухмылке и взмахнул неизменной тросточкой.
Фома метнулся в сторону, желая увернуться… И снова неудача! Очередная магическая атака, запущенная князем, обошла Фому по дуге и врезалась ему аккурат между лопаток. Прожгла насквозь бывшего Истребителя, заставила задохнуться от боли.
— Твою ж… — просипел Фома, рухнув коленями на землю. Одной рукой зажимая рану, другой попытался опереться на скамейку и подняться. Кровь щедро потекла по подбородку…
В ту же секунду доска под его ладонью жалобно хрустнула и… обломилась! Фома, потеряв равновесие, неуклюже завалился на бок. Сучковатый обломок, каким-то невероятным образом пройдя в щель покрова, вонзился ему прямо между ребер.
Боль вспыхнула, затопила тело. Перед глазами заплясали черные мушки. Мир завертелся в бешеном калейдоскопе…
Вот же дерьмо! Всё, что могло идти не так — шло не так.
Лисовский зарычал, безуспешно пытаясь подняться. Пот заливал глаза, рука бессильно скребла землю рядом — но ни тебе укрытия, ни зацепки! Все попытки с треском проваливались.
Зато Князь, похоже, был в ударе. Он победно ухмылялся, неспешно подбираясь к поверженному противнику. Аккуратно переступал через поваленные деревья, куски вывороченной брусчатки. Магические разряды в ладонях полыхали все ярче.
На идеальном костюме князя не осталось ни пятнышка. Ботинки оставались идеально чистыми. На прическе не сбился ни один волосок.
— Ну и чего тянешь, Лисовский? — поинтересовался он, остановившись возле лежащего бойца. Пнул носком ботинка под ребра, перевернул на спину. — Помирать надумал? Зря ты так… я ж помочь тебе хочу.