Что-то здесь нечисто…

Молодежь тоже приуныла. Эраст насупился, Милена принялась нервно накручивать локон на палец. Вольдемар застыл соляным столпом, всем видом излучая благородное негодование. Даже Дарья, и та сникла, разочарованно надув пухлые губки.

Повезло пообщаться с главой рода в его самом благодушном состоянии… и вот такой облом.

И лишь Олег сохранял какое-то подозрительное спокойствие. Видать, еще не отошел от потрясения. Или просто силы на эмоции уже иссякли?

Как бы там ни было, княжеские покои постепенно опустели. Отпрыски разбрелись кто куда — по своим комнатам, на тренировочные площадки, в библиотеку. Каждый справлялся с гнетущей неизвестностью на свой лад.

В гостиной остались лишь Вадим с Илоной.

Какое-то время они молчали, погруженные в тягостные раздумья. Но вот Илона не выдержала. Всплеснула руками, вскочила:

— Ну вот опять он… — голос ее был напряжен от с трудом сдерживаемой досады. — Что за новости такие? Что за секреты?

Вадим лишь вздохнул, опустив голову. Похлопал княгиню по плечу, пытаясь утешить:

— Полно, Илона Всеволодовна, не убивайтесь так! Знаю, знаю, каково вам сейчас… Но князь-то наш на что? На то он и глава, чтоб мозгами шевелить, планы составлять. Уж поверьте старому вояке, без причины такие финты ушами выкидывать не станет! Наверняка удумал что-то этакое…

Однако Илона не унималась. Металась по комнате, нервно комкая кружевной платочек. Того гляди, в клочья изорвет!

— Да какое там удумал! — всхлипнула надрывно. И резко развернулась к Вадиму, в упор сверля его пылающим взором. — Вот ты мне скажи, старый друг… Как ты к этому относишься, а? К тому, что Дмитрий Дарью наследницей рода назначил? И что я об этом узнала одной из последних!

Вадим споткнулся на полуслове. Замер, хватая ртом воздух. Нехорошая это тема, ой нехорошая!

— Ну… я это… — вздохнул он, отводя взгляд. — Чего уж тут… Князь лучше знает…

Илона в сердцах топнула ножкой. Зашипела по-змеиному:

— Знает? Как же! Олежек-то наш, сыночек родной, выходит, в отстающих? А все потому, что не угодил папеньке, не подмазался, как некоторые!

И в голосе ее прорезались до боли знакомые гневные нотки. Те самые, что пробирали аж до печенок любого, имевшего несчастье слышать их хоть раз.

По молодости, еще до брака, княгиня успела сделать себе имя и репутацию. Как женщина, привыкшая добиваться своего…

Вадим болезненно скривился. Вот ведь истеричка, прости господи! И ведь в такие моменты разумные доводы — что об стенку горох… Пропускает мимо ушей, и все тут!

Но что-то подсказывало — на сей раз отмолчаться не выйдет. Придется озвучить свою позицию, как ни крути.