Но в этот раз что-то пошло не так. И это заставило замереть, задуматься. Мальчишка — он вроде бы такой же, холодный разумом и сердцем, расчетлив, умен, но почему тогда он считает всех этих людей своими друзьями и поступается своими интересами ради них? Это не рационально. Чувства переживания и заботы о близких? Когда узнал, что у его Волчонка неприятности, что-то колыхнулось в груди, сдавило. И его цель плавно заступила на второй план, на первый выдвинув судьбу Волчонка.
Пока шаман скакал вокруг Грини, Рауд сидел в сторонке и думал, думал, думал. Вернувшись на корабль, он вскоре заперся в своей каюте и вновь погрузился в размышления.
Ему нужно было понять, что с ним. Найти ответ на свой вопрос казалось ему очень важным.
Тяжелые черные тучи быстро двигались с севера, догоняя бегущий по волнам корабль.
— Шторм, мощный! — указал Гриня на темнеющую мглу, периодически освещаемую кривыми дорожками молний, которая наползала с горизонта, угрожая проглотить маленький кораблик с нахальными человечками.
— Обойдем! — орал ему в ответ капитан, стараясь перекричать шум волн, бившихся о корму, вздымая веер брызг до самых парусов. — Слегка если только зацепит!
Зацепило. И не слегка. Корабль швыряло как игрушечный, то и дело заливая водой. Мачты трещали, судно скрипело, но держалось, сражаясь со стихией. Команда лишилась трех человек. Смыло. Словно их и не было никогда. Море приняло жертву и шторм пошел на убыль, выпустив кораблик из своих зубов. Помиловал. К утру все стихло и небо просветлело. Моряки суетились, наводили порядок. Ворн, мокрый до нитки, помогал чем мог, не упуская из виду негодующего капитана. Тот о чем-то спорил со своим помощником.
— Упустили! — ругался капитан. — По всем расчетам мы должны были их уже нагнать.
— Может, они сбились с курса?
— И что ты мне предлагаешь? Где искать? — капитан хотел еще что-то сказать, но возглас дозорного прервал его гневную тираду.
— Парус! — подал голос дежурный на марсе.
Капитан дернулся, встрепенулся и, тут же выхватив из-за пояса подзорную трубу, припал к окуляру, жадно рыская взглядом по горизонту. Задышал часто, волнительно, и даже осанка его изменилась, раскинув могучие плечи еще шире. Капитан довольно замурлыкал:
— Ути моя прелесть, — облизнул он губы. — Рыбонька моя белопарусная… попалась! — хохотнул он, довольный собой и жизнью. — Хм… А потрепало-то их как знатно… Но нам оно и на руку. Ну чего встал? Командуй, — обратился он к рядом стоящему помощнику. — Будем брать корыто. Тепленьким.
Помощник заорал во всю глотку, выкрикивая команды.