— А потом? — Я навострил уши. — Поймали?
— Нет. Не поймали, капитан. — Дельвиг отвел глаза, будто ему вдруг стало стыдно. — Когда я по лестнице наверх поднялся, там никого уже не было. Из живых, в смысле. Только Прорыв, два Упыря дохлых и унтер. С разбитой головой и переломанный весь… Видать, до последнего стоял.
— А сам Никитин? Удрал?
— Вот тут-то самое интересное и начинается. Его мы так и не нашли, хоть весь чердак облазили вдоль и поперек. Нету человека — и все тут. — Дельвиг чуть понизил голос. — Лестница туда всего одна, по которой я поднялся. Слуховые окна целые. И деваться Никитину, получается, и некуда было — а он как сквозь землю провалился!
— Провалился, ваше преподобие, — усмехнулся я. — Только не сквозь землю.
Куда человек может подеваться из здания, полностью окруженного сыскарями, городовыми и гвардейцами из Георгиевского полка? Очень-очень злыми гвардейцами, только что потерявшими боевых товарищей. И куда бежать, если обложены все выходы…
Все кроме одного — ведущего в никуда.
— Это что ж получается — он в Прорыв сиганул? — догадался Дельвиг. — Ты это хочешь сказать, капитан?
Я предпочел промолчать — слишком уж у его преподобия был обалдевший и встревоженный вид. Закрытое почти два года назад дело Муромского потрошителя внезапно обрело не только продолжение, но и весьма крутой оборот.
— Мы Никитина тогда мертвым объявили, — с явной неохотой признался Дельвиг. — Сначала так, чтобы народ не пугать, а потом как-то и сами уже не вспоминали. Больше его не и видели… А Виктору Давидовичу через полгода чин с орденом дали — на том все и закончилось.
Похоже, все-таки не закончилось — раз уж колдуну зачем-то понадобилось продолжить поиски спустя столько времени… Если он их вообще прекращал. И без того запутанная история оказалась еще сложнее, и мой многоопытный, но исключительно солдафонский разум решительно отказывался переваривать ее полностью. И даже чутье не слишком-то помогало — только тоскливо завывало где-то в груди, предупреждая обо всем разом: и об опасности, и об очередной развилке судьбы, которая могла завести совсем не туда, куда следует. О моих собственных ошибках, об упущенных деталях…
Нет, слишком сложно! Я уже видел картину целиком, от края до края, но посередине не хватало еще нескольких фрагментов, дорисовать которые никак не получалось. Я то ли еще не откопал что-то по-настоящему важное, то ли попросту не замесечал очевидного прямо у себя под носом.
— Может, и правда Никитин в Портал прыгнул… Да какая уж теперь разница — все одно оттуда никто не возвращался. — Дельвиг мрачно усмехнулся. — Кроме тебя, капитан.