Домой, несмотря на усталость, решительно не хотелось. Были бы права — полетала бы, но… Зато осталось всего три дня до возвращения. Я зашла в магазин, затарилась продуктами и с домофона вызвала вниз Жорика. Уже так поздно и страшно, что чудаковатый старикан в окровавленной сорочке и мятых бриджах никого не удивит. На улице — ни души. Отдав призраку пакеты, я пообещала, что побуду час-полтора у фонтана — и домой. И забросила в открытое окно воздушный карман с архивными документами. Лопнет — и будет Жорику счастье. Кстати, может, дух интересные факты нароет за чтивом. И расскажет. Мне-то проще добыть бумажки, чем сведения из них.

Я дошла до фонтана и по-турецки села на бортик. И всё — как в вечер первого видения. Оранжевые фонари, пустые скамейки, тишина, ясное звёздное небо, сухой ветер и слабое журчание фонтанной струйки. В тёмной воде плавали рябиновые листья, на дне чаши тускнели мелкие монетки. Я зарылась пальцами в волосы и взялась наводить порядок в полученной информации. Ибо. Чуйка чуяла неладное. Не всё с этой ведьмой так просто, как твердит наблюдатель. Всё очень и очень непросто.

Итак.

Во-первых, мы имеем ведьму. Живущую, вопреки законам природы, больше двухсот лет, причастную к появлению алтаря, вызову бесов и созданию хуфии. Прежде одинаковую со мной и очевидно покрываемую кем-то из наблюдателей. Получившую Пламя и жаждущую узреть легендарную тюрьму для нечисти. Притаившуюся где-то в Кругу, не то под чужой личиной, не то под своей собственной, косметологами отфотошопленной. И нас эта ведьма тоже со всех сторон имеет, да. Нечисть, нападавшая на меня, явно её привет.

«Из другого мира» , — указал Арчибальд Дормидонтович.

Значит, она продолжает вызывать. И убивать, как определил Аспид, — и для подпитки жизненных сил, и для создания хуфии. Можно ли использовать одну смерть для трех дел, учитывая летучий «уголь»? Не знаю, не пробовала.

А меня ведьма если не убить хочет, то сбагрить наблюдателям, подставляя. Да, один в один похожи. И пока наблюдатели разобрались бы, кто есть кто… И если бы не прикрытие Верховной да одна въедливая и предусмотрительная личность… Наверное, за это стоит сказать Гоше спасибо.

Во-вторых, мы имеем… меня. Если ведьма рвётся к тюрьме, видящая, помогающая некоему «ключу», ей поперёк горла. Очевидно, что к тюрьме кроме ведьмы никто пробиться не должен. И вот тут на сцене положено выступить тёте Фисе и велеть найти тюрьму, но Верховная болтается невесть где и ведёт себя странно: отдаёт меня под наблюдательский колпак и сруливает. Словом, что-то мутит. Знала ли она про ведьму? Конечно. Замечать такие вещи как одинаковость в «углях» или потенциальное Пламя — её работа. Но поверить в то, что тётя Фиса в доле и в деле, в то, что она может быть… не самой собой, я не могла. Моя нечисть доверяла ей безоговорочно. А она никогда не ошибалась в людях. Значит, мутит.