— Сомневаюсь, — я села на крышку стола. — Во-первых, ведьмовской дар с заклинательством несовместим — или одна магия, или другая. У мужчин случаются совмещения, но крайне редко. Заклинателем я точно не стану, даже если артефакт наберётся сил. Я читала о случаях двух «углей» у ведьм, но это нонсенс. Дефект. Ошибка природы, создающая массу проблем.

— А во-вторых?

— По всем признакам я формировалась как изначальная тёмная — напиталась от вас. Но то ли артефакт не позволил «углю» занять своё место, то ли травма нарушила энергообмен… Неважно. Тёмного «угля» не случилось. И чем станет эта штука, тоже неважно. Я, знаешь, уже порядком устала ото всяких «может быть». Да и делу они мешают. Да и вряд ли уже… станет. Времени прошло навалом, а артефакт каким был при вживлении под кожу, таким и остался.

— Думаешь, лучше что-то делать, да? — старший крестник с утра хотел озвучить свои сомнения в плане Семёна, но нечисть однозадачна — думать об одном и делать другое она не умеет. Работа со снежком оказалась важнее, и «лис» только посматривал на меня беспокойно.

— Думаю, без разницы, — ответила я честно. — Что сидеть сложа руки, что в этих снежках ковыряться… От нас мало что зависит… пока мы здесь и защищены. Пока не попались. Основная ударная и наступательная сила — это наблюдатели и Семён. А мы… подтанцовка. Но лично мне легче быть занятой, хоть заклятьями, хоть стиркой. Глупостей меньше в голову лезет. Да и случайные открытия ещё никто не отменял.

Данька кивнул согласно, и я подытожила:

— Смотрим по сторонам, соблюдаем осторожность, ловим момент, хватаем Фильку и драпаем.

— Подальше.

— И обо всём забываем, — намекнула осторожно.

Старший крестник прищурился:

— Думаешь, сорвусь, если источник увижу? Силы захочу?

— Не знаю, — я тоже думала об этом с утра, но спросить не решалась. Боялась.

— Нет, Лёль, прав мужик, — Данька встал, — мёртвое должно быть похоронено. Мы ведь живём… на честном слове. Твоём и Верховной. Высших не любят. Проблем слишком много. Плюнуть на договор, объявить опасными безумцами, состряпать липовые доказательства невменяемости и убить проще. Ты бы не вошла в семью — мы бы так и ныкались по деревням. Нас и таких-то запретили, а уж с силой… — и передёрнул плечами. — Не хочу быть дичью. Хочу иллюзии освоить, чтобы глаза замаскировать. И учиться пойти. И работать. И жить, как все. Просто жить.

Помолчав, он посмотрел пронзительно и твёрдо сказал:

— Не подведу больше. Никогда.

Да, опыт — хороший учитель: объясняет доходчиво, хотя цену заламывает… страшную.

— Верю, — я улыбнулась. — Работаем?