— Сейчас до последней доберусь, — «пожалел» меня через полчаса «лис», когда к общему отвратительному состоянию добавилось неистребимое желание уединиться.

— Маньяк, — мрачно отозвалась я. — Садист. Ты же мог всё это сделать без меня, признайся.

— Мог, — Данька ухмыльнулся, осторожно вытягивая последнюю нить. — И провозился бы часа на два дольше. Или на час… Погоди, на стол не стряхивай, — соскользнув с подоконника, он подставил пакет, — сюда.

Я с трудом встала, потирая поясницу и не ощущая рук, и поковыляла к двери.

— Назад не торопись. Кое-что без тебя сделать надо.

И подумаешь… Сначала я застряла в ванной, отогревая руки, а потом на кухне — себя с помощью чая. Надеюсь, мои мучения не пропадут втуне…

Возвращаясь назад, я на автомате отметила очередной день гостиничного затишья. В последнее время меня преследовало ощущение, что здесь никого нет, кроме нас с Данькой да изредка шуршащей внизу Анжелы. Вломиться, что ли, ночью к художнику и писательнице с петрушкой и зеркалом наперевес?.. Не найду нужного, так хоть развлекусь. И отвлекусь. Немного.

— Лёль, гляди.

«Лис» сидел на корточках, изучая лежащие на краю стола кристаллики. Солнечный свет, заглядывая в окно, играл на льдистых гранях капканных заготовок, высекая разноцветные искры. С грецкий орех, зернистые, чем-то напоминающие пчелиные соты… или комок икринок.

— Три штуки? — я наклонилась над кристаллами.

— Ведьму убивали трое, — пояснил старший крестник. — В том, что ты соскребла с пола кухни, — сила трёх разных «рыб».

Царствие тебе небесное, Ираида…

— Я больше ничего не вижу, — сообщила на всякий случай. — Вещай.

Данька прищурился, и его глаза помутнели, точно таёжные озера ряской подернулись. С минуту он молча медитировал, гипнотизируя кристалл, а потом отвернулся, протер глаза и стянул со стола блокнот с ручкой.

Небрежно зарисовав увиденное, «лис» протянул мне блокнот:

— Вот. Твой ход.

Я хмуро уставилась на кривые схемы:

— И что это?

— Заклятья. Ты что, не так училась?

— Конечно, нет, — я качнула головой. — Это же даже не прошлый век, это… стародавние. Зарождение магии. Со времен охоты на ведьм мы не учимся по схемам, только на словах и живом примере. Нас и расшифровке-то схем давно не учат — нужды нет. Хочешь сказать, это в кристаллах есть?

— Искры, — пояснил Данька. — Заметь, они разных цветов. По ним и рисовал.

И я вспомнила, что за три года наказания чего только не переписывала для архива. А работой меня грузили по принципу «скачала базу — обрабатывай». У меня этих баз в компе выше крыши, и я прыгала с одной на другую, надеясь найти цепляющее, да безрезультатно.