Потерев руки, я присела и осторожно отсоединила «присоску». Щупальце без ощущения жизни разом ссохлось, распалось на лоскуты. Бабушка вздохнула и расслабилась. Дыхание стало спокойным, ровным. Выздоровеет теперь за пару дней. А чтобы снова никто не присосался… Я сняла второй браслет и положила его на край кровати. Шепнула наговор, и он юркой змейкой нырнул под одеяло. Закрепится на руке, растечётся по коже неощутимым невидимкой, продержится с месяц и распадётся.
Взяв с кресла куртку, я с минуту просто грелась, впитывая тепло. Когда бы нечисть ни обнаружила пропажу, следующую «присоску» она создаст минимум за месяц. А за это время её реально найти. Если повезёт, даже мне. Правда, признала я с сожалением, только нечисть крупную. Мелкую, веками маскирующуюся под людей, — увы. Только если она сильно налажает. Лучше написать Верховной. Для работы с нечистью есть специально обученные люди — заклинатели, вот и пусть помогают. Правда, телефоны людей из прошлой жизни я давно все удалила… Но в системе электронной почты есть «запоминалка».
Ещё и нечисть… Я нахмурилась. Надобно проверить таинственного парня, сидящего взаперти. Он может как искомой нечистью оказаться, так и очередным «лекарством».
Часы показывали полдвенадцатого ночи. Самое время вломиться в комнату к таинственному незнакомцу и пролепетать, что я ошиблась дверью. Накинув куртку и затянув волосы в тугой конский хвост, я вышла в коридор, преисполненная решимости и чувствуя себя… возвращающейся.
Человеку нужно быть к чему-то привязанным, желательно маниакально и фанатично — крепко и навсегда. Без этого он болтается, неприкаянный, как навеки проклятый «Летучий голландец», без управления и шансов на спасение, без смысла жизни, без ощущения собственной нужности и цели — бросить якорь в родном краю.
Чуть меньше недели назад я была такой же проклятой.
А теперь…
Маг умеет видеть знаки.
Пространство живое и отвечает на вопросы,
которые ему задаешь.
Иногда оно разговаривает обрывками чужих фраз,
иногда — событиями или советами со стороны.
Вера Радостная
— Как бабуля? — переживала внучка.
Топчась в коридоре, она только и ждала, когда я выйду.
— Не хуже, — я направилась к лестнице на второй этаж. — А завтра будет лучше. И вот, — на ощупь нашла в кармане куртки нужный флакон и повернулась к Анжеле: — Возьми. Две капли на стакан воды два раза в день. Обычное общеукрепляющее. И всё. Я — спать.
А сама, взбежав по лестнице, остановилась у комнаты номер три. Пока не проверю, не уймусь…
В коридоре царила сонная тишина, даже из номера новобрачных не доносилось ни звука. И я решилась. Сняв с шеи подвеску, обмотала цепочку вокруг запястья и сжала кулак, согревая амулет-отмычку. Постучать для приличия или не пугать?.. Нет, лучше не пугать.