Может быть, это — факт, а может — мне только так кажется.
Время тут течет… не одинаково. После попадания сюда приходилось мне жить и в столицах, и в губернских городах, и в уездах — в том же селе у Федора.
Наиболее быстро время движется в Москве и Санкт-Петербурге, теперь — Петрограде. Не успеешь моргнуть — неделя и пролетела. В Вятке время уже течет медленнее и без суеты — почти как местная река-кисельные берега. Я не беру во внимание позавчерашний день с бомбардировкой города и работой в операционной. Это — исключение из правила. В уезде время как прудик тиной заросший — стоит и почти не двигается.
Если часам на руке верить, то я у местного пруда пол сотни минут ещё не гуляю, а кажется — здесь я чуть ли не родился. Павел Павлович сюда меня отправил. Сформулировал всё он культурно, но смысл сказанного был — не надо мне в лаборатории находиться, под руку ему лезть, да и здоровее я на берегу буду. В лаборатории всякое случиться может.
Вчера вечером инженер-металлург осколки только органолептически исследовал — сытыми глазами после ужина на них посмотрел, пальчиком по ним постучал. Лизнул даже. Вот на зуб не пробовал — чего не было, того не было.
— Необычный металл. Никогда с таким не сталкивался.
Осколки, после этого предварительного заключения, Павлом Павловичем мне были возвращены. Какого-либо особенного интереса они у инженера-металлурга не вызвали.
Я-то что в стойку встал? Больше всех мне надо?
Но, уж коли ехал сюда почти за восемьдесят верст, поживу тут до завтра и дождусь результатов лабораторного исследования. Мне ещё и Людмиле Константиновне ответ давать, есть ли какое-то основание для того, что чужими они ей кажутся, нехорошими по какой-то там ауре.
Пруд у поселка Белохолуницкого совсем не маленький. Своим появлением в середине восемнадцатого века он обязан всё тому же заводу, на который я приехал. В Вятской губернии больше его пруда нет. Про всё это мне опять же Павел Павлович рассказал, когда на бережок к водной глади выпроваживал.
Я уж и покурил, и на рыбаков посмотрел. Нет, на берегу с удочками никого не было, до такого народ тут ещё не докатился, а вот на лодках откуда-то с пруда с уловом несколько человек возвратилось.
Не пора мне уже к Павлу Павловичу?
Стрелки к циферблату как прилипли. Секундная и то спит на ходу.
Нет, до полудня мне погулять велено…
Тут моё внимание привлек необычный головной убор одного из рыбаков. Это была… драгунская латунная каска времен Наполеоновских войн с высоким гребнем. Плюмаж из конского хвоста у каски отсутствовал, как и часть козырька.