— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

5

Богдан вскрикнул, непонимающие глаза бегали по потолку. Лицо покрылось крупными каплями пота, стекавшими с висков на подушку. Он тяжело перевёл дыхание, в поле зрения появилась разомлевшая и возвышающаяся Алиса. Её волосы со склонённой головы касались его груди, глаза замерли под взлетевшими бровями и взирали сквозь водопад пшеничного цвета прядей. Возникло неприятное ощущение, что её зрачки желали проколоть взглядом. В слабом освещении настенного ночника из напольной аудиоколонки тихо звучала душераздирающая песнь. Пробирающее до мурашек женское пение стенало под музыку смеси дарк-эмбиента, нью-эйджа и прогрессивного рока, погружало в необъятную неизведанную тьму.

Идеальный фон для смерти, подумал Богдан. Кто и когда включил музыку? И было ощущение, что время остановилось.

Алиса вскинула голову, мотнула гривой волос, медленно, очень медленно наклонилась и провела по его губам набухшим соском, выдавила каплю молока. Её каменное лицо не выражало эмоций. Левая ладонь прошлась по его шее, нащупывая пальцами вздувшиеся вены, поднялась ко лбу и провела по векам. Богдану показалось, что сейчас ему выдавят глаза. Пальцы Алисы сжали упругую женскую грудь и направили ему в рот, ладонь легла на левую грудную мышцу и сжалась, причиняя удушливую боль, казалось, сердце сейчас лопнет от натиска. Алиса слабо улыбнулась одним уголком губ и наклонилась к уху.

— Ты что-то сейчас увидел? — шёпотом спросила она и лизнула мочку, сильно обслюнявив. — Когда так испугался — ты что-то увидел?

Богдан почувствовал в атмосфере сумасшедшее психическое напряжение, казалось, воздух сейчас накалится и взорвётся. Он не понимал, что происходит, но что-то непоправимое. Как заворожённый он продолжал неподвижно лежать.

— Когда ты так испугался, ты что-то увидел? — повторила вопрос Алиса. — Женщину и мужчину, так? — Её губы коснулись его сухих губ, и он понял, что это последний поцелуй. — Мужчину и… женщину, — последнее слово она почти прошипела. — Себя и меня. Это был ты — и я.

Богдан в ужасе начал расширять веки.

— Тварь! — взвизгнула Алиса и занесла руку с ножом. — Это ты убил меня! ЭТО ТЫ УБИЛ МЕНЯ! — проревела она таким тяжёлым демоническим голосом, что Богдан потерял дар речи и лишь подставил ладонь перед лицом, защищаясь, пропищал: «Нет!»

Стёкла мелкими осколками выплеснулись в комнату, воздух разорвал мощный выстрел через окно, пуля пробила горло Алисы. Богдан зажмурился от разлетевшихся кровавых капель. Широкое лезвие всё ещё занесено перед его взглядом. Не верящие произошедшему широко открытые глаза Алисы бегали по полумраку комнаты, ладонь старалась прикрыть на шее дыру, фонтанирующую кровью. Второй выстрел снёс верхнюю половину черепа, заляпав мозгами стену и лицо Богдана. Он не верил своим обезумевшим глазам: Алиса начала быстро двигаться — скакать, почти трястись — и за какие-то секунды довела его до оргазма. Невероятными потугами он не смог её скинуть, их будто сшили.