Шеф появляется на работе намного раньше, чем я сам. Трудового порядка я, притом, не нарушаю: как записано в договоре — «рабочий день с девяти утра» — так и являюсь на службу.

Это Колобок норовит вскочить ни свет, ни заря — и сразу катится в сторону работы! Может быть, живет недалеко, и потому добирается быстро? Может, наоборот — и боится опоздать?

Вот и в это утро Иватани Торуевич явился пораньше — и очень меня ждал.

— Ты не поверишь, — начал Пакман, даже не поздоровавшись: небывалое явление. — Его нашли!

Так вышло, что за свою жизнь я овладел мало не десятком иностранных языков — некоторые из которых вполне мог назвать родными.

Мне нравится советский: это не наречие к’ва, но именно этот язык, названный когда-то русским, был мне всегда ближе и роднее прочих. Теперь ситуация не поменялась — только название, даже сам язык остался почти что прежним.

Однако в советском… Хорошо, пусть — русском языке, существует одна проблема: если говорить о чем-то или ком-то в третьем лице, совершенно непонятно, вещь обсуждается или личность!

— Кого — его? — немедленно ошибся я.

— Не кого, что, — парировал Пакман. — Хотя когда-то это был он, в смысле, кто.

Догадаться было сложно, но я — сумел.

— И где он оказался? В смысле, череп Лаэр Лаэрыча?

— Вот тут очень интересно, — ответил шеф. — Тут, у нас. В смысле, внутри той же кассеты, где было и все остальное.

Мы спустились в прозекторскую: я даже успел одеться, а то мало ли.

Я сорвал пломбу с кассеты и вынул содержимое — в этот раз, в полном комплекте.

— Кто-то хотел создать впечатление, — начал я, рассмотрев находку. — Будто голова никуда не пропадала, и это мы сами не смогли ее найти. По безалаберности.

— Или злому умыслу, — дополнил Пакман.

— У этой теории есть всего один минус, — заметил я. Голова отделена от шеи слишком… Неаккуратно, что ли? Хотя тот, кто рубил, бил сильно, точно и зная, что делает. Не скальпель и пила, но топор.

— Еще один момент, коллега, если Вы не против, — очень вежливо начал шеф, обычно называвший меня на «ты». — Я про состояние головы.

— Я заметил, — пришлось согласиться. — Ее… Вымыли?

Действительно: неизвестный злоумышленник обмыл эльфийскую голову довольно тщательно. Как минимум, под мощной струей воды. К тому же…

Я принюхался.

— Не просто вымыли, — подтвердил мои подозрения Колобок. — С моющим средством. Запаха почти не осталось, но вот тут, в волосах, есть немного частиц.

Пришлось идти в соседнее помещение: я ни разу его еще не показывал и о нем не говорил — но так и надо. Нет ничего интересного в небольшом складе нужных вещей.