– Что мы с самого начала тыкались в пустоту, как слепые котята.
Барсело взял шляпу, трость и направился к выходу, тихо ответив:
– Нет, тычки, пожалуй, на нас посыплются только сейчас.
40
Вечер я провел, разглядывая злосчастное письмо о пополнении мною рядов наших славных вооруженных сил и ожидая новостей от Фермина, который все еще был неизвестно где, хотя лавку я закрыл полчаса назад. На звонок в пансион на улице Хоакина Коста ответила донья Энкарна, она была слегка навеселе и сказала, что Фермина не видела с самого утра.
– Если он не явится через полчаса, ужин будет есть в холодном виде, у меня не «Ритц». Надеюсь, ничего такого не случилось?
– Не волнуйтесь, донья Энкарна, мы дали ему важное поручение, так что он, наверное, задержится. Кстати, если он придет до того, как вы ляжете спать, будьте добры, скажите ему, чтобы мне перезвонил. Я – Даниель Семпере, сосед вашей приятельницы Мерседитас.
– Хорошо, но имейте в виду, в половине девятого я уже в постели.
Затем я позвонил Барсело, Фермин вполне мог быть там, опустошая кладовые Бернарды или тиская ее по углам. Я даже не подумал, что ответить может Клара.
– Даниель, вот так сюрприз!
«Что верно, то верно», – подумал я и с велеречивостью, достойной профессора дона Анаклето, изложил цель моего звонка, стараясь при этом показать, что дело это интересует меня лишь постольку-поскольку.
– Нет, Фермина здесь весь день не было. И Бернарда все время со мной, я бы знала. Знаешь, мы с ней о тебе говорили.
– Скучная тема для разговора.
– Бернарда говорит, что ты очень хорош собой, совсем взрослый.
– Принимаю витамины.
Долгое молчание.
– Даниель, может, когда-нибудь мы снова станем друзьями? Сколько лет должно пройти, чтобы ты меня простил?
– Мы и так друзья, Клара, и мне нечего тебе прощать. Ты же знаешь.
– Дядя говорит, что ты все еще пытаешься разузнать что-нибудь о Хулиане Караксе. Заходи как-нибудь перекусить, расскажешь новости. Мне тоже есть что тебе рассказать.
– На днях непременно.
– Я выхожу замуж, Даниель.
Я смотрел на трубку с ощущением, что то ли ноги проваливаются в пол, то ли мой позвоночник резко укоротился на десяток сантиметров.
– Даниель, ты слышишь?
– Да.
– Ты удивлен?
Я с огромным трудом сглотнул вязкую, как цемент, слюну:
– Нет. Удивительно, что ты не вышла замуж уже давно, претендентов-то у тебя, я думаю, хватало. И кто этот счастливчик?
– Его зовут Хакобо, ты его не знаешь. Он друг дяди Густаво, один из руководителей «Банка Испании». Мы познакомились на оперном концерте, который организовал дядя, Хакобо – поклонник оперного искусства. Он старше меня, но мы хорошие друзья, а ведь это самое главное, правда?