Убийца, Антонио Хосе Гутиеррес Алькайете, пятидесяти одного года, уроженец Вилья Инмунда, провинция Касерес, является известным рецидивистом с серьезными психическими расстройствами. Ему удалось бежать из тюрьмы Модело шесть лет назад, и он до сих пор скрывается от властей под разными именами. В момент совершения преступления он был одет в сутану. Он вооружен и, по словам полицейских, очень опасен. Пока неизвестно, был ли мотив и имелась ли какая-то связь между убийцей и его жертвой, но источники в Главном полицейском управлении допускают такую вероятность. Жертва получила шесть ранений холодным оружием в область живота, груди и шеи. Нападение имело место вблизи школы, и свидетели из числа учеников известили учителей, которые, в свою очередь, вызвали полицию и «скорую». Из полицейского рапорта известно, что раны жертвы оказались смертельными. Женщина скончалась по пути в клиническую больницу Барселоны в 18.15.
41
Весь день от Фермина не было никаких известий. Отец настоял на том, чтобы мы открыли лавку как обычно и показывали всем своим видом, что все в порядке и мы ни в чем не замешаны. Полиция поставила одного агента напротив выхода, второй наблюдал за площадью Святой Анны, стоя, как изваяние, у портала церкви. Мы смотрели, как они дрожат от холода под проливным дождем, который начался на заре, попрятав руки в карманы, изо рта у них шел пар. Соседи не раз проходили мимо, косясь на витрину, но ни один покупатель не осмелился зайти. Я сказал:
– Уже, наверное, пошли слухи.
Отец молча кивнул. За все утро он не сказал мне ни слова и изъяснялся жестами. Газета, открытая на странице со статьей об убийстве Нурии Монфорт, лежала на прилавке, и каждые двадцать минут он с непроницаемым видом ее перечитывал. Все это время в наглухо закрытом пространстве его души копился и зрел гнев.
– Сколько ни перечитывай, правдой это не станет, – произнес я.
Отец поднял голову и сурово посмотрел на меня:
– Ты знал эту женщину? Нурию Монфорт?
– Раза два говорил с ней.
Лицо Нурии Монфорт встало перед глазами, и меня затошнило от собственной неискренности. Я продолжал ощущать ее запах, касание ее губ, видеть ее аккуратный стол, ее грустный и мудрый взгляд. «Раза два».
– О чем ты с ней говорил? Что между вами общего?
– Она была знакома с Хулианом Караксом, я спрашивал, что она о нем помнит. Вот и все. Ее отец – Исаак, хранитель Кладбища Забытых Книг, он дал мне ее адрес.
– Фермин ее знал?
– Нет.
– Уверен?
– Как ты можешь сомневаться в нем и верить этим бредням? Фермин о ней знал только то, что я рассказывал.