— Серьёзно? — недоверчиво переспросил Артемьев.

— Нет, блин, шучу. Сдаётся мне, чтоб в такой замес, как в Троицке не попасть, надо тут быстренько охрану организовать. Второе. Где-то вот там, — я начал поворачиваться и поднимать руку, чтоб показать, но подпол шустро схватил меня за рукав и потребовал:

— Словами говори!

Я недовольно хмыкнул и мстительно ответил:

— Тогда не знаю. Сзади, наверное, где-то в парке, метров 200 за нами, или 300… ещё источник светится, приличный. Совершенно неподвижен всё это время, но запросто может что-то заподозрить — мы тут как на выставке, а у твоих бойцов видон… уж точно немирный ни разу. Предлагаю нам с тобой, как внешне очевидно гражданским, быстренько посмотреть, что там такое! У тебя ж тут вроде ещё двое где-то в парке затихарились? Чтоб с той стороны его подпереть!

— Ничего проверять мы не будем, — отрубил Артемьев. — Мы сейчас очень аккуратно и неторопливо, с улыбками на лицах, пойдём вон туда, на улицу, я там магазин видал какой-то…

— «Пятёрочка», — подсказал боец.

— Вот-вот, в туда… и не начинай даже!

— А как же… — всё-таки заикнулся я.

— А всеми этими вопросами немедленно займутся специально обученные люди, — он стукнул пальцем по микрофону рации на вороте куртки, снова дёрнул меня за рукав и заглянул в глаза: — Ну ты ж меня знаешь! Машина уже запущена, колёса вертятся, всё будет сделано в лучшем виде! Только, пожалуйста, давай без твоего личного участия в этот раз!

И опять потянул за руку. На этот раз я с неохотой поддался, и спросил уже на ходу:

— Скип?

— Что? Не, не Скип. Чего там дуболомам этим делать? Я ж говорю: специально обученные люди. Да вон они едут уже, сам посмотри!

Артемьев махнул кистью назад. Я, повернувшись, увидел, как на площадь перед школой поворачивают два чёрных затонированных микроавтобуса, а из них прямо на ходу горохом сыплются «космонавты» в броне и с оружием.

Мы как раз подошли к дороге, когда первый из разгрузившихся автобусов подъехал к нам и затормозил. Я сделал было шаг назад, но Артемьев подтолкнул меня в спину:

— Давай-ка мы лучше внутрь сядем, на всякий случай, — и сам полез за мной в салон тоже. А вот двое его бойцов остались снаружи, развернувшись в разные стороны и внимательно оглядывая окрестности. Несмотря на то, что на тротуаре, сколько глазу видно, не было ни души!

Параноики чёртовы.

— А ты не можешь посмотреть — он там ещё? — встревоженно попросил подпол, вслушиваясь в едва слышное бормотание своего наушника.

Я прикрыл глаза и потянулся к мелькнувшим в отдалении цветным пятнам. Это… нет, это явно школа. А вот это, слева — те самые пацаны, которых я увидел первыми. Тот, одинокий, ещё левее быть должен…