Сам не знаю, куда делись последующие два часа. Нет, понятно, что большую часть этого времени мы тупо простояли в пробке. Потом я решил пообедать уже наконец по-человечески — как-то за всей этой суматохой я ни разу за день не поел нормально, а ведь в Москве уже вечер. И вот я сижу в каком-то подвале, вяло ковыряю вилкой «фиш энд чипс» и думаю: а нафига? Картошка эта и горячей-то была как-то не особо, а уж остывшая… В «фише» рыба и вовсе не ощущается, один пропитанный жиром кляр. А ведь здесь было довольно вкусно тогда, сколько?.. два года назад? Уж и не помню. Вот почему такое — повар поменялся? Или хозяин? Да и чёрт бы с ним, впрочем. Оттолкнув тарелку от себя — благо, уже уплочено — я резковато встал, грохнув стулом, выдрал свою коробку из под стола и двинул на выход. Официант подскочил, попытался что-то втереть, но я от него только отмахнулся. Уйди, противный. Все вы тут противные, вот так.
Поднявшись на улицу, я сначала двинул к парку, до которого тут десять минут пешком, но, пройдя несколько шагов, замер: а вот что я там забыл? Вторую Рыжую искать? Так вроде меня первая вполне устраивает. А что там ещё хорошего? Серых только подразнить если. Но у меня коробка сейчас с собой, случись какая заруба — с ней не побегаешь особо, а бросить — жалко, всё ж, деньги плачены. Место для разбега мне теперь не требуется, шастать по кустам причин больше нет. Не пойду!
Я решительно развернулся, спустился обратно в ресторан и втиснулся в крохотный туалет под лестницей. Никто на меня внимания не обратил, трепавшиеся у барной стойки официанты и головы не повернули, лентяи…
Впрочем, нашим лучше. Хорошо, что мне теперь даже обозначать разбег не надо, а то застрял бы в этой чёртовой тесноте. Представив рожи официантов, когда они обнаружат пустоту за запертой изнутри дверью, я ухмыльнулся, прыгнул прямо в свой тихий и тёмный номер в Долгопрудном, с наслаждением скинул кроссовки, задвинул коробку ногой под стол и прямо в одежде завалился на кровать.
Дом, милый дом.
Последней мыслью полыхнуло в голове виноватое: «Все разбежались, все при деле, а сетью телепорта кто заниматься будет, а? Похоже, всё-таки прав был генерал, не нужно нам это…».
С утра я потащился с коробкой сразу на наш офисный этаж. Поначалу было просто неудобно, но уже метров через 100 параллельно позвоночнику натянулась какая-то чрезвычайно неприятная струна, и было понятно, что скоро этот весь сетап по-настоящему заболит. Поэтому, последние метры по коридору я проделал запинающимся рискованным бегом, а в «перспективную лабу» буквально вломился, едва не вырвав ручку.