— Как-то мало! — выкрикнул кто-то из репортёров.
— Ну так ведь это только тестовый запуск, — слегка улыбнулся прессек. — Сегодня работали больше учёные, чем транспортники. Вы же понимаете, подобный объект вводится в эксплуатацию впервые в мире, подсмотреть было негде. Скажу больше, мы рассчитываем выйти на рабочий режим только к лету, не раньше.
— А рабочий — это сколько?
— По плану, штатная пропускная способность первой очереди — около 5000 человек в час. С учётом профилактики оборудования, рассчитываем перевезти до четырёх миллионов пассажиров в год.
— Это же мало? Метро перевозит в час 75 тысяч, в 15 раз больше!
— Метро запущено почти 100 лет назад! — отпарировал пресс-секретарь. — Уверен, даже через год наши планы будут скорректированы. В большую сторону! К тому же, надеюсь, вы не станете спорить с тем, что наша задача на порядок масштабнее: всё же поехать из Калининграда через хаб во Владивосток — это совсем не то же самое, что из Беляево на Дмитровскую! Сравнивать надо не с метро, а с самолётом!
— Как раз из Калининграда пока поехать никуда и нельзя, — выкрикнул кто-то, и все засмеялись.
— Ждать недолго! — величественно кивнул головой прессек. — Станция в Калининграде — в ближайших планах, в течение двух месяцев точно запустим. Конечно, мы понимаем все логистические сложности как для жителей эксклава, так и для туристов «с материка». К сожалению, есть ряд проблем, связанный с обеспечением безопасности проекта, всё-таки, нужно учитывать характеристики… окружения, скажем так. Не всегда дружелюбного.
— Точнее — всегда недружелюбного! — новый выкрик из зала.
— Или так, да. Но — проблемы решаются. Терминал в Калининграде точно будет открыт! И, не побоюсь этого слова, наконец-то мы получим полностью независимый, быстрый и дешёвый маршрут пассажирских перевозок для этого региона.
Я с силой выдохнул, раздувая щёки и повернулся к Ивлеву. Тот, оказалось, уже даже и не смотрел на экран, тихо обсуждая что-то с неслышно подошедшим Данилой. Подождав несколько секунд, я дёрнул его за рукав:
— Михаил Дмитриевич, я тут нужен ещё?
Целую неделю мы были заняты запуском пассажирской части Телепорта. В наших лабах в Долгопрудном обычно дежурил на хозяйстве только один человек, остальные сайгачили в полях, страхуя и контролируя работу железа. Каждый день на сервер стекались терабайты всяких логов, с десяток комплексов демонтировали и отправили на контроль в условиях завода-изготовителя, не обошлось и без отстранения отдельных недоумков из местного персонала.
Но ничем, кроме придирок, оправдывать эти действия реально нельзя. Вообще, весь этот шухер оказался по факту одной большой перестраховкой — ни единого настоящего сбоя так и не зафиксировали. Больше того, когда я спросил Либанова, удалось ли их командам выдавить из необъятных данных хоть что-то полезное, тот только досадливо отмахнулся. Понятно, так я и думал. И хотя Ивлев (пусть и не особо настойчиво) зудел по телефону с намёками на продолжение банкета, я уже принял волевое решение и сначала накатал ему письмо об окончании программы сплошных тестов, а потом собрал всех наших в «перспективной» и рубанул: баста!