Харри огляделся. Чокнутый профессор в стеклянной комнате.
– А если вас остановят за превышение скорости?
– До тех пор пока я зарабатываю деньги и не высовываюсь, все довольны. К тому же у меня самые высокие доходы в компании. Видите этот офис? Раньше здесь сидел директор «Барклай Таиланд». И вы, наверное, спросите, почему же теперь здесь обретаюсь я, какой-то там брокер? А сижу я здесь потому, что в брокерской компании имеет значение только одно – сколько денег ты зарабатываешь. Все прочее – декорация. В том числе и начальники: они ведь зависят от нас, своими операциями на рынке мы сохраняем им работу и зарплату. Мой начальник переехал сейчас в уютненький кабинет этажом ниже, поскольку я пригрозил ему, что уйду работать к конкуренту и всех клиентов с собой прихвачу, если он не подпишет со мной более выгодный договор. И не предоставит мне этот офис.
Он расстегнул жилет и снял его, повесив на один из стеклянных стульев.
– Хватит обо мне. Чем могу вам помочь, Харри?
– Я все думаю, о чем это вы с послом разговаривали по телефону в день убийства.
– Он позвонил мне, чтобы подтвердить нашу встречу. И я подтвердил.
– А что потом?
– Он приехал сюда в четыре часа дня, как мы и договорились. Может, минут на пять задержался. Шена из приемной может сказать точнее, он сперва записался у нее.
– О чем же вы разговаривали?
– О деньгах. Он хотел разместить некоторую сумму. – Ни один мускул не дрогнул на его лице: было неясно, лжет он или нет. – Мы просидели здесь до пяти. Затем я проводил его в паркинг, где он оставил свою машину.
– Она стояла на гостевом месте, там же, где теперь стоит наша?
– Если речь о гостевом месте, то да. Именно там.
– Тогда вы видели его в последний раз?
– Именно так.
– Спасибо, – поблагодарил его Харри.
– Ради бога. Стоило ехать в такую даль за подобной мелочью.
– Как я уже говорил, это всего лишь обычное в таких случаях дознание.
– Ну разумеется. Ведь он умер от инфаркта, не так ли? – и Йенс Брекке ухмыльнулся.
– Похоже, что да, – ответил ему Харри.
– Я друг семьи, – продолжал Брекке. – Все молчат, но я умею понимать знаки. Они говорят сами за себя.
Когда Харри поднялся со стула, двери лифта раскрылись, и оттуда появилась секретарша, держа в руках поднос со стаканами и двумя бутылками.
– Немного воды перед уходом, Харри? Мне присылают ее самолетом раз в месяц. – Он наполнил стаканы норвежской минеральной водой «Фаррис» из Ларвика. – Кстати, Харри, время телефонного разговора, которое вы называли вчера, ошибочно.
Он открыл дверь шкафа у стены, и Харри увидел что-то вроде панели банкомата. Брекке набрал какие-то цифры.