– Два месяца назад, если не больше.
– Ошибаешься. Четыре дня назад, как раз десятого января, между десятью и половиной одиннадцатого, пролился манговый дождь. Мне это доподлинно известно, так как он вылился в основном мне за шиворот.
– Тьфу ты, точно! – воскликнул Нхо, наморщив лоб. – Видеозапись идет непрерывно. И если эта пленка не от третьего января, а от десятого, значит в интересующее нас время кассету просто вынули из камеры.
Харри попросил охранника принести кассету, на которой стояла дата десятое января, и через полминуты им стало ясно, что запись была остановлена в 21.30. После этого на пленке возникли пятисекундные помехи, а затем картинка снова восстановилась.
– Вот на этом месте и изъяли кассету, – сказал Харри. – Мы видим те же кадры, что на прошлой пленке.
И он указал на дату.
– Первое января, время 05.25.
Харри попросил охранника остановить пленку, и они с Нхо сидели, уставившись на картинку, пока Харри не докурил свою сигарету.
Нхо поднес сложенные вместе ладони к губам.
– Значит, кто-то сфабриковал эту кассету, чтобы дело выглядело так, будто машины посла в паркинге вообще не стояло. Но зачем?
Харри не ответил. Он смотрел на указанное время: 05.25. Тридцать пять минут до того, как в Осло наступил Новый год. Где он был в это время, что делал? Может, сидел в «Шрёдере»? Нет, там уже закрылись. Наверное, спал. Во всяком случае, фейерверка он не запомнил.
В охранном агентстве смогли подтвердить, что ночью десятого января дежурил Джим Лав, и безропотно дали его адрес и номер телефона. Нхо позвонил, но дома у Джима Лава никто не ответил.
– Пошли туда на проверку патрульную машину, – сказала Лиз.
Она была в приподнятом настроении. Еще бы, наконец началась реальная работа.
Вошедший в кабинет Сунтхорн протянул ей папку.
– Джима Лава нет в нашей картотеке, – сказал он. – Но Майсан, агент из наркоотдела, узнал его по описанию. И если это тот самый тип, то его много раз видели в «Мисс Дайенс».
– Что это значит? – спросил Харри.
– А это значит, что в том деле с опиумом рыльце у него на самом деле в пушку, – пояснил Нхо.
– «Мисс Дайенс» – опиумный притон в Чайнатауне, – вставила Лиз.
– Опиумный притон? А разве это… не запрещено?
– А то как же!
– Прости за глупый вопрос, – сказал Харри. – Я вообще-то думал, что полиция борется с подобными вещами.
– Не знаю, как там принято у тебя в стране, Харри, но здесь мы пытаемся смотреть на вещи более прагматически. Конечно, мы можем закрыть этот самый «Мисс Дайенс», но на следующей же неделе опиумная курильня появится в другом месте. Или бедняги пойдут на улицу. Лучше уж «Мисс Дайенс», так как мы контролируем ситуацию, там работают наши агенты, а те, кто решил морить себя опиумом, могут делать это в более или менее сносных условиях.