— Где мы?
Макс не был настроен шутить. Серьезен и даже суров. Что там у него в голове сейчас бурлило, не повлиял ли на чистоту сознания сон разума длиной в четыре месяца?
— Это моя личная квартира. Нора. Ты у меня в гостях. А вытащил я тебя из комы, в которой ты изволил бездельничать с начала февраля по середину мая. Причину помнишь?
— Да. Нападавшую нашли?
Ого. Снова баба. Какой-то женский период в истории иного человечества. Все преступления крутятся вокруг них, все происшествия. Еще и толпы беременных. Пора в казармы.
— Нет. Орудие стащили. И на твоем месте я бы оделся. Ты, конечно, секси, и Аленка оценит, но я мучительно начинаю комплексовать. Моим барахлишком не побрезгуешь? Есть новое, я закупился, сам недавно сюда сбежал примерно в том же виде. Пришлось пройтись по лавкам.
— Тащи. Скромник. А зачем она сюда приедет?
Лер сделал вид, что не услышал последнего вопроса. Рано еще ему все знать. В зеркальном шкафу спальни порылся в упакованных еще в магазинные пакеты вещах. Нашел пару белья, носки, (благо, размер ноги у них был примерно одинаковый) и безразмерный спортивный костюм светло-серого цвета из какой-то легкой и пушистой синтетики. Надпись на нем обещала необыкновенные свойства ткани, собственно, на надпись он и купился. К тому же костюм был на несколько размеров больше его собственного: Гуло любил большие и пушистые вещи.
А еще он был домовитым. И своим добром всегда делился неохотно. Только с близкими друзьями. С легкостью мог даже просто забыть о существовании вещей, выкинуть, бросить. А вот поделиться было трудно. Злые тени из детства.
Он вздохнул, собрал найденное, вернулся на кухню, протянув пакеты Максу, все еще неподвижно сидевшему на высоком барном табурете. Тот пытался, подняв голову, рассмотреть в круглом окне под потолком хмурое питерское небо.
Красив был котяра могучей, роденовской красотой. Понятно, почему особи женского пола кидаются на него, как на прожаренный стейк с голодухи. Аленка тоже должна была понимать, во что ввязалась, заполучив в мужья Макса.
Медленно одевшись, тигр потянулся за кофе. Поднял глаза на друга. Тоска…
— Так, дражайший. Времени для излияния душ у нас нет. А потому переходим к экспресс-версии диалога в режиме «допрос». Я задаю вопрос — ты кратко отвечаешь. Идет?
Тигр молча кивнул головой, отхлебывая кофе. Костюм, с таким трудом оторванный от души Лером, сел на идеальную фигуру тигра безупречно и очень ему шел. Хотя такому экземпляру даже набедренная повязка бы очень шла.
— Ты серьезно там накосячил, в этой своей Исландии, Аленка имела повод для такой истерики?