Он не ответил. Просто смотрел. А потом медленно опустил руки. Встал.
Я видела, как он поднимается. Как его тело разворачивается ко мне. Как он делает первый шаг. Медленно. Слишком медленно. Как хищник, который знает, что жертва не убежит.
— Я думал, ты сбежишь, — сказал он тихо. Голос низкий, с хрипотцой. — Думал, что после прошлого раза ты не вернёшься. Что испугаешься. Что напишешь заявление. Что попросишь перевести тебя куда-нибудь. Я был уверен.
Он сделал второй шаг. Я попятилась. Инстинктивно. Слепо. Один шаг. Второй. И упёрлась спиной в доску. Холод пронзил позвоночник. Я вжалась в неё, будто могла стать меньше.
Он снова подошёл вплотную. Навис.
Я почувствовала что-то дикое. Первобытное. Он был огромным. Широкие плечи перекрыли свет, и я оказалась в его тени. Маленькая. Запертая. Беспомощная.
— Но ты вернулась, — продолжил он. — Ты снова здесь. Стоишь передо мной. И я, честно говоря, удивлён.
Он наклонился ближе. Так близко, что я чувствовала его дыхание на своём лице. Горячее. Сбитое. Тяжёлое.
— Зачем ты вернулась? — спросил он. — Дома скучно? Или тебе понравилось то, что было в прошлый раз? А?
Я открыла рот, чтобы ответить. Но не успела. Он резко схватил меня. Пальцы впились в бока. Рывком. Так, что я почувствовала каждую мышцу его тела. Твёрдого. Напряжённого. Горячего.
— Я надеялся, что не увижу тебя, — прошептал он мне в лицо. — Надеялся, что ты окажешься умнее. Что ты сбежишь. Что ты больше не придёшь.
Его руки скользнули вниз. Легли на мои ягодицы. Сжали. Крепко. Собственнически. Притянули меня ещё ближе. Я почувствовала его пах. Через ткань юбки. Через ткань его робы. Твёрдый. Горячий.
— Но ты не сбежала, — продолжил он. — Ты пришла снова. Ты сама напрашиваешься, Мария Александровна. Ты понимаешь это?
Я молчала. Смотрела на него широко открытыми глазами. Сердце колотилось где-то в горле. Я не могла дышать.
— Ты сама пришла, — повторил он. — Сама вернулась. Сама стоишь здесь. Значит, ты хочешь этого. Значит, ты не будешь потом жаловаться.
Он наклонился к моей шее. Я почувствовала его нос на своей коже. Он втянул воздух. Медленно. Глубоко. Будто пробовал меня на вкус. Будто запоминал мой запах.
— Ты пахнешь духами, — сказал он тихо. — И чем-то ещё. Чем-то сладким. Чем-то, что я хочу попробовать.
Я задрожала. Всем телом. Мелкой, противной дрожью. Которая шла откуда-то изнутри. Из самого низа живота.
— Ты сама напросилась.— прошептал он мне в шею.
Его руки на моих ягодицах сжались сильнее. Притянули меня вплотную. Я почувствовала его всего. Каждый сантиметр. Каждую мышцу. И я поняла, что не могу пошевелиться. Не могу оттолкнуть. Не могу закричать.