— Ты голодная? — спросила я. — Я могу что-то приготовить.
— Давай, — она плюхнулась на диван, поджав ноги. — Рассказывай. Как ты? Как работа? Как муж? Я хочу всё знать.
Я пошла на кухню, начала готовить. Катя сидела на диване и тараторила без умолку — рассказывала про свою жизнь в Нью-Йорке, про работу, про парней, про то, как она скучает по дому.
— А ты как? — она вдруг посмотрела на меня внимательно. — Ты какая-то не такая.
Я замерла с ножом в руке.
— Что ты имеешь в виду?
— Не знаю, — она пожала плечами. — Ты выглядишь… напряжённой. Как будто что-то случилось.
Я усмехнулась. Она всегда была проницательной. Слишком проницательной.
— Всё нормально, — сказала я. — Просто устала. У меня новая работа.
— Какая?
— Я преподаю в СИЗО.
Катя замолчала. Я обернулась и увидела, что она смотрит на меня с округлившимися глазами.
— Ты что, серьёзно?
— Серьёзно.
— Ты преподаёшь… заключённым?
— Да.
— В тюрьме?
— В СИЗО. Это следственный изолятор.
— Господи, Маша, — она покачала головой. — Ты всегда была сумасшедшей. Но это… это новый уровень.
— Это работа, — сказала я. — Кто-то должен это делать.
— И как оно? — она подалась вперёд. — Страшно?
Я замерла. Внутри всё сжалось. Я не хотела говорить об этом. Не хотела вспоминать. Не хотела думать о нём.
— Бывает, — сказала я уклончиво. — Но я справляюсь.
Катя смотрела на меня долгим взглядом. Я чувствовала, что она видит больше, чем я хочу показать.
— Маш, — сказала она тихо. — Ты уверена, что всё нормально?
— Уверена, — ответила я, и голос мой прозвучал твёрже, чем я планировала. — Со мной всё нормально.
Она не стала настаивать. Просто кивнула и перевела тему. Но я знала — она запомнила. Катя всегда запоминала. И всегда возвращалась к тому, что её зацепило.
Через час вернулся Александр. Он удивился, увидев Катю, но обрадовался — он всегда хорошо к ней относился.
В понедельник я приехала в университет раньше обычного. После выходного дня с Катей было легче — её присутствие, её болтовня, её смех как будто отодвинули то, что сидело внутри меня, на второй план. Я даже почти убедила себя, что всё нормально.
Почти.
Я шла по коридору, здоровалась с коллегами, улыбалась студентам. Обычное утро. Обычный день.
Я зашла в кабинет, сняла пальто, включила компьютер. И тут в дверях появилась Людмила Петровна — заведующая кафедрой. В руках она держала какие-то бумаги.
— Мария, — сказала она, поправляя очки. — Зайди ко мне на минуту.
Я кивнула и пошла за ней. В её кабинете было душно, пахло бумагой и кофе. Она села за стол, жестом показала мне на стул.
— У меня новости, — сказала она, перебирая бумаги. — Хорошие и не очень. С какой начать?