Я стояла у железных ворот СИЗО и чувствовала, как внутри всё сжимается. Вчерашний день ещё не отпустил меня — он висел на плечах тяжелым грузом, от которого ныла спина и гудело в висках. Я сделала глубокий вдох, поправила жакет и шагнула внутрь.
Процедура входа была уже знакомой. Проверка документов, сдача телефона, пластиковый браслет на запястье. Я шла по длинному коридору, и каждый шаг отдавался эхом в пустоте. Запах хлорки и сырости ударил в нос, и я почувствовала, как к горлу подступает тошнота.
«Ты справишься, — сказала я себе. — Ты уже была здесь. Ты знаешь, что тебя ждёт».
Но ноги дрожали. Я чувствовала это, когда шла по кафельному полу. Внутри всё тряслось — от страха, от напряжения, от того, что я не знала, что меня ждёт за этой дверью. Вчерашнее унижение ещё не выветрилось из памяти. Его голос, его слова, его глаза — всё это крутилось в голове, не давая покоя.
Я остановилась перед дверью класса. Сделала глубокий вдох. Ещё один. И ещё.
«Ты профессионал. Ты справишься».
Я взялась за ручку, толкнула дверь и вошла.
В классе было тихо. За железными столами сидели знакомые лица — Михаил, Антон, Виктор, Олег, Данила, Николай, Сергей. Они подняли головы, посмотрели на меня. Кто-то кивнул, кто-то просто смотрел. Но я не видела его.
Я обвела взглядом класс. Первая парта, вторая, третья. Последняя, где он сидел вчера. Пусто.
Я почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Смесь облегчения и... чего-то ещё. Чего-то, чему я не могла дать название.
«Его нет, — поняла я. — Его нет сегодня».
Я медленно прошла к кафедре, поставила портфель, достала конспект. Руки всё ещё дрожали, но уже не так сильно. Я чувствовала, как напряжение начинает отпускать.
— Здравствуйте, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Сегодня мы продолжим тему делового общения. Но сначала — давайте посмотрим, как вы справились с домашним заданием.
Я взяла в руки стопку тетрадей, которые они оставили вчера. Поправила очки, которых у меня не было, и поняла, что просто нервничаю. Сделала ещё один вдох и начала занятие.
Занятие шло тяжело. Они были разные — слишком разные. Михаил старательно записывал каждое моё слово, будто боялся пропустить что-то важное. Антон задавал вопросы, и я видела, что он действительно хочет понять. Олег сидел с открытым ртом и смотрел на меня с таким восторгом, что мне становилось неловко.
Но были и другие. Николай смотрел в окно, явно думая о чём-то своём. Сергей сидел с каменным лицом и не проявлял никаких эмоций. Илья, сосед Кирилла, время от времени усмехался, но молчал. Данила слушал, но в его глазах я видела усталость. Глубокую, долгую усталость человека, который уже не ждёт от жизни ничего хорошего.