— Вот спасибо и вам, и вашему богу! — поклонился кузнец, — во век не забуду!
— Я тоже, приходи каждый седьмой день к нашему покровителю. Молись, чтобы и тебе он дал сил богатырских в труде да борьбе выстоять. Тогда тебе и зачтется.
Лягушка обеспокоенно смотрела на меня, пока мы шли по оживленным улицам. Сколько я провалялся без сознания, сказать было сложно, но солнце уже давно перевалило за половину и медленно катилось к закату. Так что лавки закрывались, мастеровые собирали вещи и весело переговаривались, выбирая, куда пойдут. В тавернах сегодня народу будет столько, что не протолкнуться.
Времени до предполагаемой встречи с Ильей было все меньше, и единственное, что меня спасало — «разбитое сердце Востока». Знать бы еще, откуда оно черпало силы. Хотя, какая разница, я оживал буквально на глазах, а когда дошли до княжеского терема уже уверенно сам держался на ногах. К счастью, искать богатыря не пришлось, он сам вышел на порог.
— Где тебя леший носит? — беззлобно выругался Илья, даже не представляя на сколько он прав, а затем увидел мою шею, — что случилось? Магическое ожерелье горлышко натерло?
— Можно и так сказать, — улыбнулся я как можно дружелюбнее, — как дела, брат? Есть новости? Князю ножик понравился?
— Пойдем, по дороге поговорим, — понимающе хмыкнул богатырь, — острый, ничего не скажу. Но не-надежный. В бою таким только против бездоспешных воевать. А у нас ратники все, кто в чем. Так что можно и на кольчугу, и на кирасу нарваться. Хотя, честно признаюсь, когда он им махал — страшно становилось. Лезвие-то не видно. Что отражать, как уклоняться — непонятно.
— Значит, по нраву пришелся?
— Верно, — кивнул Илья, — долго любимой игрушкой будет. Может даже возьмет с собой на войну.
— А избежать ее никак не удастся? Я, конечно, войск Полоцка не видел. Но людей у города много. Стены высокие. Брать такой штурмом удовольствие не из приятных. Да и зачем, если можно честно признать, что корабля здесь не было и нет.
— Да брось. Корабль виконта — это лишь предлог. Половский князь давно на Новыш заглядывается. Город богатый, портовый. Через нашу реку все караваны проходят, — заметил богатырь, — любой хочет такой лакомый кусочек к рукам прибрать. Потому и разрушать его не будут.
— А чего тогда бояться? Колодцы нарыть, продовольствия накопить и все. Отсидеться.
— Не понимаешь ты здешних законов, — раздосадованно вздохнул Илья, — пусть выглядит так, что главным здесь Владимир сидит. Но это не так. Главные — совет купцов да бояр. Они его на княжение позвали, они и снять могут. В этом вся разница между ним и братьями. Пусть у нашего владыки в женах ходят половина знатных купеческих дочерей — но он не наследный. Не сможет он оставить город своему сыну. А если подвергнет его опасности — выпнут и дело с концом.