Убедившись, что металл надежно закреплен, кузнец сделал первый пробный удар долотом. Метал жалобно звякнул о металл, но не более. Следующий удар был куда сильнее и жестче. Никогда бы не подумал, что есть ощущение хуже, чем когда тебя пронзают мечом. Оказывается, вполне-таки есть. Гул в голове стоял такой, будто ее засунули в ведро и теперь бьют по ней кувалдой. Но, скрипя зубами, я сдержался.
Увидев, что я не собираюсь возражать, кузнец подправил пластину и что есть силы начал колотить по ошейнику. Вода до определенной степени снижала силу воздействия на шею. Посмотреть, что происходит, я не мог, но слышал, как железо скрипит об сталь. Единственное чего я не учел — шею заклинило, я даже сказать ничего не мог, дышал еле-еле. И в глазах начало предательски темнеть.
— Все больше молодых людей в России выбирают службу в контрактной армии, — говорил вербовщик, — если вы начнете заниматься с девятого класса и пройдете полное медицинское освидетельствование, то уже к двадцати одному году получите профильное образование и погоны младшего лейтенанта. Это гарантирует вам не только гражданство, но и значительную зарплату.
— Слушайте, но у нас же не середина двадцать первого века! — не выдержал один из моих одноклассников, — зачем нам идти в армию? Куча дронов. Говорят, остальные государства скоро полностью на автоматизированную армию перейдут.
— Не следует перебивать старших, это не вежливо! — возмутилась воспитательница.
— Все в порядке, — остановил ее военный, — ты прав, пацан. Другие действительно полностью автоматизируют свои боевые группы. Но есть такое понятие, как время боевого отклика. По конвенции ООН от две тысяча двадцать пятого года ни одна страна мира не может создавать боевые машины с полным искусственным интеллектом. Нажать на спусковой крючок может только человек.
— Ну так и сидеть себе в бункере за полземного шара и щелкать на клавиши!
— И вот тут вступает в силу отклик системы, — улыбнулся оратор, ожидавший такого возражения. — Сейчас все передовые технологии работают на лазерном принципе приемопередатчи. Если надо — мы все сигналы через луну можем пускать или МИР-2. Но даже свет долетает не мгновенно. Этих долей секунды хватает для того, чтобы тренированный человек всегда или почти всегда успевал уничтожить робота.
— Но человек не может соревноваться в скорости реакции с компьютером. Даже в играх люди с ИИ уже не играют. Это запрещено нормами киберспорта, ведь мы всегда проигрываем, — обычно я слушал речи приходящих в пол-уха, но сейчас тема меня задела, — уже лет двадцать, как первая нейросеть с разгромным счетом победила корейского чемпиона эскадва.