Моё предложение особых возражений не вызвало. Разве что алхимик попытался что-то вякнуть, но одного сурового взгляда на него было достаточно, чтобы тот испуганно заткнулся. В конце концов он хоть и заказчик, но во время экспедиции все должны подчиняться старшему, коим я являюсь по определению.

Ночь в лесу прошла без происшествий. У разведённого возле кроткого ручейка костра дежурили по очереди, причём на этот раз я вызвался дежурить первым, чтобы потом спокойно продрыхнуть до рассвета. Франциска не трогали, и тот с чистой совестью продрых до самой побудки.

Дождь со вчерашнего дня не шёл, но вместо этого все низины заполнил молочно-белый туман. Солнце по-прежнему хоронилось за облаками, которые плыли так низко, что, казалось, вот-вот заденут вершины деревьев. Совершив гигиенические процедуры, (за исключением гнома), мы позавтракали и направились в сторону пустынной по случаю «нелётной погоды» деревеньки. На окраине спешились, и я сделал знак своим затаиться в прибрежных кустах недалеко от берега, вдоль которого на расстоянии всей прибрежной полосы были оборудованы несколько маленьких пристаней. Имелись и привязанные верёвками к колышкам лодки, которые, по идее, можно было под шумок приватизировать. Но, во-первых, все они были без вёсел, а во-вторых, мы не могли просто так бросить лошадей, за ними нужен был хоть какой-то пригляд. Поэтому я направился к крайнему домику метрах в сорока от воды. Постучал в дверь, открывший её старик вперился в меня слезящимися глазами.

— Чего вам надо, сударь? — прошамкал он беззубым ртом, дохнув чесночным духом.

— Есть у тебя лодка, старик?

— Ну, допустим, а вам, сударь, зачем?

— Тебе-то какая разница, плачу за аренду половину гульдена, и к вечеру возвращаю в целости и сохранности.

В то, что мы сумеем вернуться, мне и самому очень хотелось верить, недаром у меня такое прозвище — Везунчик. Глаза старика изобразили зачатки интереса, и в этот момент из недр хибары раздался скрипучий и какой-то бесполый голос, который всё же скорее сего принадлежал жене рыбака:

— Скъельд, кто там?

Мой собеседник поскрёб ногтями впалую грудь под простой домотканой рубахой, обернувшись, крикнул:

— Рюу пришёл, лодку просит одолжить. Свою-то он в сарай затащил, смолить начал, а тут ему приспичило сплавать к родне, что-то там важное, родился что ли кто у них.

— А, ну дай лодку, пусть плывёт.

— Она слепая у меня, и слегка глуховата, — пояснил старик. — Так, значит, половина гульдена… А вы один что ли плыть собрались?

— Нет, со мной ещё… люди. Но сути дела это не меняет.