— Добрый день, хотели положить деньги на счёт, снять или взять ссуду?

— Часть положить и часть перевести.

— Назовите ваше имя.

— Хенна Везунчик.

— Хенна Везунчик, Хенна Везунчик… Ага, вижу, вы в списке наших постоянных клиентов. Какова будет сумма вклада?

К заполненному бланку нужно было всего лишь приложить подушечку большого пальца правой руки — отпечаток на секунду засветился и погас, вот и вся роспись. А то я уже невесть чего себе навыдумывал. Значит, мой автограф понадобится в другом месте.

Три гульдена я положил на свой счёт, а два перевёл для своих приёмных родителей — пусть даже их Женька Веселов никогда и в глаза не видел. Эльфийка и гном тем временем тоже пополнили свои счета. Теперь, облегчив душу и кошелёк, мы могли двигаться дальше.

— Десять золотых, — бормотал Грили себе под нос. — Три из них мои… Я ведь правильно прикидываю, Хенна? Вот, три мне, и тогда у меня в сумме на счету будет… Хе, этак я смогу жениться на моей Гудрун и завести нормальную семью.

— Не торопился бы ты делить шкуру неубитого медведя, — одёрнул я соратника. — Ещё неизвестно, выгорит ли наша затея.

Цветочную улицу мы бы вряд ли нашли, если бы не подсказка хозяина гончарной лавки. Коротким аппендиксом она приткнулась на самой окраине города, а на самом её конце притулился обветшалый дом алхимика с задёрнутыми на окнах занавесками, из трубы которого курился лёгкий дымок. Моих ноздрей коснулся запах серы, и я непроизвольно поморщился.

Мы спешились, накинув поводья на один из более-менее крепких столбиков в покосившейся ограде, я толкнул калитку, мы миновали небольшой, запущенный палисадник, где росло всё, что угодно, кроме нормальных цветов, и остановились у входной двери. Никаких шнурков, намекающих на колокольчик, ниоткуда не свешивалось, зато имелось притороченное к дверной ручке тяжёлое бронзовое кольцо, которым я и ударил в дверь пару раз.

Минула минута, другая, я собрался снова попытать счастья, опять взявшись за кольцо, но в этот момент с той стороны послышался чей-то скрипучий голос:

— Кого это ещё принесло?

Мы с Грили и Мариэль переглянулись, я покачал головой и ответил:

— Добрый день! Здесь ли проживает известный алхимик Худой Франциск?

— Допустим, — после некоторой паузы и уже не так агрессивно ответили с той стороны. — А что вам от него надо?

— Мы из Гильдии Хранителей.

На несколько секунд с той стороны повисла тишина, и я уж подумал, что нам тут не рады, но в этот момент дверь наконец с жутким, раздирающим душу скрипом отворилась, после чего в нос дохнуло смесью каких-то нечеловеческих запахов, а нашим глазам предстало существо, похожее на одетого в плащ с капюшоном колобка. Открывший нам дверь был настоящим карликом, но таким упитанным, что его тело приняло почти шарообразное состояние. Лицо его походило на ещё один шарик, который был словно просто насажен на туловище, как у снеговика, глазки утопали в складках жира, единственной выделявшейся на лице деталью был крючковатый нос.