— Прекрасно! Завизируйте своё согласие вот здесь.

Я подлетел к столу, на котором лежал бланк словно подсвечиваемой изнутри бумаги. Почему-то сразу понял, что от меня требуется, нырнул вниз и шмякнулся в то место, где заканчивался текст, написанный вроде бы как на латыни. Ну да что тут удивляться, юриспруденция, они, как и врачи, любят язык древних римлян. Dura lex, sed lex, как говорится, что значит: нагадил — получи по наглой морде. А на том месте, куда я приземлился, осталось мерцающее пятно желтоватого оттенка.

Заручившись моим согласием, местное правосудие словно бы потеряло ко мне всякий интерес. Только я хотел спросить, что мне дальше-то делать, как в потолке появилась дыра, в которую меня и засосало, словно пушинку в чрево пылесоса. Какое-то время меня несло по трубе с гладкими стенками, а в конце концов я оказался в большом сферическом аквариуме без воды, где, помимо меня, обитали ещё полтора десятка светящихся разными оттенками шариков. Насчёт этого Ликандр говорил как-то туманно, но, надеюсь, разберусь, что к чему.

— О, да у нас новенький! — донеслось до меня.

Тут же местные облепили меня, со всех сторон сыпались вопросы, на которые я едва успевал отвечать заранее заготовленными фразами. В соотношении правды и лжи получилось пятьдесят на пятьдесят. Сам же вскоре перезнакомился со всеми. Имелась тут даже одна девица, заявившая, что в прежней жизни была настоящей валькирией, ловко орудовала двуручным мечом, за что и удостоилась чести быть приглашённой в гладиаторы. Самым закалённым ветераном здесь считался Уго, жившего в Земноводье во Вторую эпоху, на его счету было порядка двенадцати тысяч поединков, из которых он выиграл около десяти. Поражения, как нетрудно догадаться, пришлись на то время, когда он был начинающим гладиатором и тела ему доставались не ахти.

— Первый свой бой помню, так мне дали тело — не поверишь — сколопендры. Здоровой, локтей в двадцать длиной, и ядовитыми ногочелюстями. Но против меня вышел вервольф, у него каждый коготь на передних лапах как серп, а клыки — как эмирейские кинжалы. Я продержался полминуты, успел даже его цапнуть за ногу, да и то он не спешил, растягивал удовольствие публики. Сейчас его с нами нет, надоело ему быть гладиатором, но за заслуги он был отправлен не на озеро Вечной Боли, а в Лес Кошмаров.

Тьфу, какая гадость! Светлый, паразит, так и не уточнил тогда, что за тела мне могут достаться. Все эти многоножки, пауки и змеи с детства вызывали у меня отвращение, а тут, возможно, предстоит стать одной из таких тварей. Надеюсь, если и придется, то в первое время, а дальше пойдут нормальные оборотни и вампиры.