— Нет!

Вырвавшийся из моей груди крик оказался квинтэссенцией охватившего меня отчаяния, а в следующую долю секунды я понял, что Сила проснулась. Время практически замерло, и вот сейчас это оказалось как нельзя кстати. Лезвие кинжала уже вспарывало кожу, я сделал шаг вперёд и протянул руку, отводя сталь от горла. А затем неторопясь принялся разжимать пальцы, один за другим, пока рукоять баселарда не оказалась в моей руке.

Как по команде, меня начало отпускать, а время вернулось к своему обычному течению. Похоже, почти вся прелесть магистерия в том, что он может замедлять время. Плюс убеждение, что однажды уже сработало. Но даже если так, то такие «откаты» являются не слишком уж большой платой за оказанную проникшим во все клетки моего тела камнем услугу.

— Ну уж нет, господин Арвенон, вы нам пока нужны живым.

А может, всё ещё и обойдётся, вроде ноги хоть и подрагивают, но держат. Помнится, в первый раз применив Силу в пыточной, я не так уж сильно и страдал, а вот когда была битва в «Хельмовой пади» с номбирионцами — там да, выброс был серьёзный.

В этот раз меня даже не стошнило, хотя позывы имели место быть. Впрочем, в обездвиживании клиента я участия не принимал, Вальбранд в этом деле проявил недюжинную сноровку, словно ему каждый день приходилось вязать пленников. А тут ещё появились разбуженные шумом сыновья Вальбранда, на удивление выглядевшие бодро после вечерней попойки. Удо всё порывался прирезать Арвенона на месте, но более рассудительный папаша не дал свершиться расправе. Вместо этого Мариэль занялась здоровьем капитана, смотревшего на меня с не меньшей ненавистью, чем когда-то на принцессу. А вот Вальбранд глядел на меня с любопытством.

— Как ты это умудрился проделать?

— Обезоружить его? — кивнул я на связанного капитана. — Иногда на меня такое находит, когда время словно замедляется, а я двигаюсь так же быстро, так как оно для меня течёт в обычном измерении. Наверное, вы уже слышали рассказ, как мне удалось переломить ход поединка с номбирионцами, вот и сейчас случилось нечто подобное. Правда, когда отпускает — состояние далеко не лучшее. Сейчас ещё более-менее, а после драки с номбирионцами я на пару часов вообще отключился и долго ещё приходил потом в себя.

— Есть у меня ребята навроде тебя, как грибов поедят специальных — так держись от них подальше, а то и своего зарубят, не поглядят.

— Берсерки?

— Кто?

Хм, похоже, здесь такого слова не знают. Придётся как-то выкручиваться.

— Ну, вроде бы у вас, северных народов, так называются воины, которые впадают в ослепляющую ярость и крушат всё и вся направо и налево, а затем не помнят, что с ними было. Правда, в отличие от них я себя контролирую и память мне не изменяет