— Умник? — кивнула на Саньку Лукерья.
— Умник, — последовал от бабки утвердительный ответ.
— Чует? — тут же был задан второй вопрос.
— Чует, — прозвучало в ответ.
Лицо Лукерьи просветлело — всё складывалось лучшим образом.
Тут батюшка Саньки и отчебучил…
Он не только говорком был, но ещё и шутником порядочным. Такое иногда загнет — хоть стой хоть падай.
— Доброго здоровьичка, еретик… — сказал, а сам по лавке начал подальше от Саньки к сторону переднего угла сдвигаться. К иконам-защитницам.
Братья и сестрички Саньки, что сейчас тоже за столом сидели, замерли, чуть ложки у них из рук не выпали. Запереглядывались и по примеру отца тоже стали подальше от Саньки сдвигаться.
Про еретиков они знали.
Еретик — человек страшный. Это — колдун, причем — нехороший. Желающий стать еретиком должен был отказаться от веры в Бога. Он по своей воле приходил к другому колдуну, а последний уводил его за околицу. Здесь пришедший отрекался от своей религии, колдун читал заклинания и перед ними появлялась огромная жаба с разинутой пастью. Колдун приказывал пришедшему залезть в пасть этой жабы. За жабой появлялся заяц, за ним — волк, следом — медведь. Еретик должен был пролезть сквозь этих зверей, как сквозь жабу, и тогда он будет научен наукам злого колдовства, но, если кто, пролезши сквозь жабу, струсит — тот сойдет с ума…
Вишь, не испугался Санька, перед ними сейчас жив-здоров стоит…
Выражение лица Ильи было серьезно-испуганным и дети ему поверили.
— Что ты городишь! — замахала руками на мужика бабушка Лукерья. — Зачем детишек пугаешь!
А Илья уже со смеха покатывался…
Ишь, весело ему!
Бабку-травницу угостили и после обеда она Саньку обратно к себе увела. Так и началась его жизнь, как в Пугаче говорили — в людях.
Домой он приходил раз в две-три недели, а всё остальное время учился травничеству. Бабка-знахарка на него просто ненарадовалась.
Глава 11 Про рыбу и бабочек
Маленькие дети шуток не понимают, воспринимают всё буквально. Однако, они памятливы.
Так и сестричками Саньки случилось. Долгое время, когда он от бабки-травницы возвращался, просили они его крестик показать.
Не стал ли он еретиком? Санька, это, или уже — страшный колдун?
Александр Аркадьевич ворот рубашки расстегивал и свой крестик им показывал. Не еретик он никакой, просто Санька…
Сестрички радовались и к нему ластились.
Надо сказать, что в последние месяцы Санька дома стал чаще бывать — его помощь отцу требовалась.
Впрочем, всё по порядку.
Первомайская демонстрация Ильи с красным флагом получила неожиданные последствия. В Пугач из города вдруг приехал тот же парень, что уже здесь на 1 Мая был.