Афоня без разговоров вытащил из кармана ПМ и протянул его мне. Я автоматически проверил наличие патрона в стволе и чего там в магазине осталось… еще четыре штуки есть, жить можно.
— Ну что, ребята, — Афоня троекратно перекрестился, — не поминайте лихом, если что…
— Иди уже, — пихнула его в спину Тамара, — мы за тебя свечку в церкви поставим, если что.
И Афоня протиснулся между стеной и тепловозом, высоко вверх поднял обе руки, выкрикнул что-то типа «не стреляйте, я свой» и очень неторопливо начал передвигаться по направлению к цепи десантников.
— Как думаешь, — спросила у меня Тамара, — получится у него сдаться?
— Ставлю десять против одного, — ответил я, — что это очень вряд ли. Либо сразу его шлепнут, либо сначала скрутят и допросят в полевых условиях, а потом уже шлепнут. Ну и 10 процентов на то, что он доживет до завтрашнего дня.
— Принимаю пари, — протянула она мне руку, — тыщу ставлю… так что если проиграешь, будешь должен мне десять штук…
— Забились, — принял я ее условия, — только что мы тут будем делать с этими рублями? Их даже в нашем Ашане, и то не принимают…
— Ну я надеюсь, — ответила она, — что когда-нибудь мы выберемся из этого заколдованного круга, а тогда и рубли пригодятся.
— Ты замуж-то не передумала еще за меня идти? — зачем-то спросил я.
— Нет, конечно, — тут же вылетело из нее, — ты классный чувак. А ты на этот счет как — не передумал?
— Да ты чо, — в тон ей отвечал я, — ты реальная чувиха, у меня таких никогда еще не было… ну среди знакомых, конечно, — уточнил я во избежание двусмысленности.
— Ну тогда договорились, — сказала она и тут же сменила тему, — о, наш Афанасий, кажется, взят в плен…
И точно, упустил я этот момент — Афоню окружили трое десантников, обшмонали его со всех сторон и следом уложили на землю мордой вниз.
— Не сладко ему сейчас придется, — предположил я, и как в воду глядел — сразу следом раздались два одиночных выстрела, тело Афони дернулось и обмякло.
— По-моему, нам пора возвращаться в шахту, — тихо сказал я, и мы с Тамарой осторожными приставными шагами начали передвигаться в сторону входа в подземелье…
Крибле-крабле-бумс
Через минуту мы вошли в наш родной тоннель, а через пятнадцать уже добрались и до оставшихся в живых товарищей. Четверо всего нас осталось, грустно подумал я, глядя на Анвара и машиниста Сергея.
— А где Афоня? — тут же задал вопрос Анвар.
— Нет больше Афони, — размашисто перекрестилась Тамара, — царствие ему небесное… ну это если оно, конечно, имеется, это царствие.
— Что случилось-то? — спросил Сергей, — расскажите толком.