— Тээээк, — забарабанил я пальцами по столу, — это дело требует третьей рюмки… ну то есть стопки…
Мы разлили мутноватую жидкость и выпили опять без тостов, Тамара при этом, как я заметил, только пригубила содержимое, а пить не стало.
— А эта вот избушка, на куриных, мать ее дери, ногах, — сказал я. закусив соленым огурцом, — она тут каким боком. И где лесник, которого наш машинист обещал? И зачем, интересно знать, тебе ручной гранатомет системы Муха?
— Что-то ты много вопросов задаешь, — медленно ответил мне Толик, — я не успеваю за полетом твоих мыслей. Давай по очереди…
— Хорошо, даю по очереди — Муха тебе зачем? И сразу уже связанный с этим вопросик — что там с крыльцом, почему через него нельзя входить?
— Все, — неожиданно засмеялся Анатолий каким-то странным булькающим смехом, — время вышло.
— Чье время вышло? — тут же уточнило Тамарка.
— Ваше время… ну и твое в том числе, — любезно пояснил он, — а теперь…
Он посмотрел на наручные часы, я автоматом отметил, что это бренд «Командирские», потом взял Муху за середину ствола, потом закончил свою мысль.
— Теперь крибле-крабле-бумс…
— В смысле? — не понял я, — какое крибле, какой крабле?
— Который бумс, — пояснил он, после чего за окном резко стемнело, а в горнице автоматически загорелась люстра в центре зала.
Мое внимание на секунду отвлеклось этими вещами, а когда я перевел взгляд обратно, то Толик сидел уже без головы, она рядом лежала, на столе, соседствуя с бутылью самогона. И тут Тамарка завизжала, что было сил…
Держи голову в тепле
Звук от тамаркиных воплей был такой, что стекла аж задребезжали. Все остальные, включая меня, обратились в каменные изваяния… ну как жена Лота после бегства из Содома с Гоморрой. А голова Толика сказала:
— Ой, извините за технические неполадки, — и руки Толика вернули ее на свое привычное место, — так лучше?
Тамарка немедленно заткнулась, а ответ сумел выдавить из себя только я один.
— Да, так как-то гораздо привычнее… так что там закончилось-то, поясни…
— Поясняю — закончился эпизод номер 13 дробь 77. Сейчас будет смена декораций и все такое, — Толик поморщился и добавил, — не люблю я этого… а меня в сценарии нового эпизода нету, так что прощайте, дорогие коллеги.
И Толик сначала пошел какой-то рябью, как телеэкран от посторонних помех, потом рассыпался на квадратики и сгинул с концами. А мы все остались сидеть с открытыми ртами… за окном между тем уже стояла глубокая ночь. Как в тропиках она опустилась, за пару минут буквально.
— Что будем делать? — спросил я у остальных.
— Ночевать будем, что, — зло ответила Тамарка, — и пусть все Толики вместе с организаторами этого безобразия хоть сгорят синим пламенем. Вы все как хотите, а я в сортир пошла, потом спать буду.