Где-то еще через десяток минут вдали блеснуло что-то металлическое в виде железных ворот с большой красной звездой по центру, я немедленно известил об этом Сергея. Тот в очередной раз остановил тепловоз и подошел ко мне, а сзади добавились любопытные Тамарка с Ириной.
— Угу, это он самый, — вынес, наконец, свой вердикт машинист, — Рустай. Или в/ч номер 14159, если кому-то так нравится.
— А это ворота ведь? — спросила Тамарка, — и кто их открывать будет?
— Обычно часовой открывал, — пожал плечами машинист, — а как сейчас, не знаю — проверять будем.
Рустай
— Слушай, а что за название такое, Рустай? — зачем-то полез я в лингвистические дебри, — от Матиаса Руста что ли, который самолет на Красную площадь посадил?
— Не, — помотал головой Сергей, — вроде бы это сокращение от Русской Тайги…
— Ага-ага, — пробормотал я, — знаю-знаю, закон тайга, а прокурор медведь.
— Точно, тут до 50-х годов сплошные лагеря были, зеков в них и возили по нашей узкоколейке.
— А теперь тут в/ч, как уж ее… 14159 что ли. Ну давай внутрь пробираться, в эту в/ч гребаную… надеюсь, автоматических пулеметов тут по периметру не понаставили?
— Не знаю, не видел, — сухо ответил машинист, — пойдем к воротам, заодно и с пулеметами разберемся.
Он спрыгнул на насыпь, я последовал за ним и на всякий случай сделал знак Афоне, чтобы присоединился, мало ли что там. И мы втроем направились к железным решетчатым воротам с большой красной звездой, древним символом самых разных понятий, от дьявола до бога войны Марса. В Советской же России, как ни странно, первым эту звезду нарисовал на одежде небезызвестный Ленька Пантелеев, штурмовавший вместе с ней Зимний дворец в октябре.
— Закрыто, — подергал ворота Сергей, — надо позвонить — я так делал иногда, когда караул спал.
И он повернул направо к щитку со встроенной в него обычной кнопкой обычного электрического звонка. Нажал и подержал эту кнопку некоторое время, но ничего не изменилось, звука звонка мы тоже не услышали.
— Электричество вырубилось, — предположил я, — так же, как в санатории. Надо как-то по-другому подать о себе сигнал…
— Можно перелезть через эти ворота, — предложил Афоня, — ничего сложного в этом нет.
— Ага, — не согласился с ним машинист, — только вот караул имеет право открывать огонь на поражение.
— Где ты тут караул увидел? — парировал Афоня.
Видя, что спор хозяйствующих субъектов заходит в тупик, тут вмешался я.
— А дырок в заборе здесь случайно не имеется? — показал я сначала влево, потом вправо, там тянулся стандартный для армейских подразделений заборчик из профнастила, покрашенный в зеленый цвет.