Робот хихикнул, что-то сделал, и дверь открылась.

— Лупи! — Макар подкатился к девушке и указал на своё лицо.

Маруся поколебалась, затем размахнулась и шарахнула помощника кулаком. Тот развернулся боком, блокировав удар локтем.

— Ай! — вскрикнула девушка, схватившись за ушибленную руку. — Какой же ты твёрдый! Чёрт с вами! Заходите.

VII

Маруся снова рыдала. Толик сидел печальный. Константин Эдуардович и Соня тихо переговаривались на кухне. Макар метался по квартире, не зная, чем он может помочь. Когда слёзы закончились, Толик обнял Марусю и стал шептать ей на ухо успокаивающие, но совершенно бесполезные слова. Константин Эдуардович подошёл к Макару и взял его за руку.

— Думаю, нам стоит прогуляться, — сказал он.

Друзья вышли. Толик с Марусей этого даже не заметили.

На улице Соня обратилась к Макару:

— Переночуй сегодня у меня, пожалуйста. Пусть побудут вдвоём.

Макар воспроизвёл тяжёлый вздох.

— Да, хорошо. Я могу у тебя пожить пару дней. Заодно Кицунэ покормлю. Ты только Машу предупреди, ей и без того поводов понервничать хватает.

— Конечно, напишу ей сообщение.

Они погуляли несколько часов, и Константин Эдуардович стал прощаться.

— Ты знаешь, — заметила Соня, когда тот ушёл, — довольно необычное ощущение — гулять с роботом. Возможно, я когда-нибудь себе такого же заведу.

— Роботов-помощников много, а Макар один! — Макар в который раз сымитировал голос робота из старых фильмов.

Рязань, 2349 год.

Дни неслись друг за другом, неделя сменяла неделю. Работа, съёмки, вечерние прогулки или посиделки. Через месяц фильм был готов. Его премьера состоялась в Доме культуры и спорта, а Павлову отправили персональную копию. Картину назвали «Любовь и звёзды», и целый месяц горожане ходили в ДК, чтобы увлечённо следить за судьбой Артура и Стеллы. В целом фильм приняли тепло, но, разумеется, нашлись и те, у кого было особое мнение на этот счёт.

— Маруся, я посмотрела твой фильм! — доложила Тамара Сергеевна.

— И как вам? — поинтересовалась Маруся.

— Мне понравилось. Комбинированные съёмки вообще шикарные, как в советских фильмах. Но одного я понять не могу. Почему Стелла всё время плачет при расставании с Артуром? Русская женщина не может реветь, словно маленькая девочка, зная, что она найдёт успокоение в занятии наукой!

— Вы просто никогда не влюблялись! — сказала Соня.

— Почему же? — Тамара Сергеевна обиженно поджала губы. — Влюблялась. В юности я безумно любила Ивана Петровича Павлова!

— Павлова⁈ — Соня захлопала глазами от удивления, а девчонки захихикали.

— А что? — щёки Тамары Сергеевны зарумянились. — Мужчина он видный, красивый, умный…