Павлов стоял у себя в кабинете и наблюдал за происходящим в окно. Он ощущал себя помещиком, во дворе усадьбы которого в самом разгаре крестьянский бунт, и скоро сюда ворвутся разгневанные мужики с всклокоченными и нечёсаными бородами, чтобы «подпустить барину петуха». «Только бы не нашли вертолёт!» — подумал профессор. В креслах сидели Толик и Константин Эдуардович. Они готовились защищать проект. Защитить же территорию вокруг института было некому.

Новосибирская область, 2349 год.

Наступил долгожданный день. Все с нетерпением его ждали, и только Павлов готовился к празднованию, словно к военной операции. Он изучил опыт проведения массовых мероприятий в старые времена и предпринял всё необходимое. На территории института и академгородка дежурили усиленные пожарные наряды и скорые. На всякий случай, Павлов выписал ещё и всех свободных роботов-лесничих, поскольку у тех было больше всякого инструмента, чем у городских пожарных. Площадку перед НИИ разгородили и разбили на сектора. Так проще контролировать людей и избежать давки. У ворот дежурили роботы, досматривавшие входящих и изымавшие лишние предметы. Павлов строго-настрого запретил проносить фейерверки, шутихи, фальшфейеры. Лучше не дать загореться, чем потом тушить. То, что обязательно подожгут, если не отобрать пиротехнику, никто не сомневался. В самом институте доступ разрешался исключительно в холл и актовый зал. Остальные двери Павлов заблаговременно заблокировал. Вертолёт отогнали в лес и замаскировали.

На фасад здания повесили большой экран и колонки, чтобы те, кто не сумел протиснуться внутрь, посмотрели трансляцию. В каждом отгороженном забором секторе разместили склейки бутылок с водой и биотуалеты: небольшой группе людей проще договориться об очерёдности, и не надо дожидаться, переминаясь с ноги на ногу.

Этот последнее время почти не покидал одного из подземных этажей, где тренировал новую партию роботов-помощников. Их до сих пор продолжали доставлять со складов фабрик, а не производить. Вновь включённому роботу требовалось что-то вроде реабилитации и вводного инструктажа. Кроме того, им немного правили код, чтобы откалибровать поведение. Эти Н101 взаимодействовали с предыдущими людьми, привыкли именно к их поведению, поэтому приходилось кое-что сбрасывать до настроек по умолчанию.

Этот не раз думал о несовершенстве «старого» человека. Многое из того, о чём читал и слышал Этот, неплохо бы в нём сбросить и исправить. Правильно это или нет, робот не знал, но сброс бы точно помог для установления контакта «марсиан» и «землян». Возник бы некий общий знаменатель, которого сейчас, видимо, нет. Какие они, люди Марса? Как они живут? Может, они — творцы и созидатели. А может, стяжатели и скряги. Вероятно, им удалось построить коммунизм. Не исключено, что Марсом владеют корпорации, эксплуатирующие граждан, как рабов. Слишком много векторов потенциально развития, слишком много…