— А нельзя поступить по-человечески⁈ — взорвался Тимур. — Наплевать на протоколы, дать им свободу?

— Я же не человек, — рассмеялся командующий. — Дети содержатся в нормальных условиях, им ничего не угрожает, но отпустить их невозможно.

Саня с любопытством разглядывал пришлых. Двое — точно люди. Третий — робот, каких боец раньше не встречал. На боевого не похож. Слишком дружелюбно выглядит. Ещё с дурацким моноколесом. По лесу на таком не поездишь! Нужны или гусеницы, или независимая подвеска.

Люди выглядели не менее нелепо. Черноволосый и блондин. Какие-то перекаченные самцы внушительных размеров. Зачем наращивать столько мяса⁈ Его же потом на себе таскать придётся! Очень нерационально. А странная бледная кожа, сквозь которую проступают непонятные синие верёвки, при некоторых движениях становящиеся то тоньше, то толще. Нечто похожее Саня наблюдал у «карликов», поэтому ничуть не удивился, когда переговорщики назвали их детьми. Вот как они выглядят, оказывается! Интересно, а где-то сохранились его, Сани, детские снимки?

Переговоры тем временем зашли в тупик. Точнее, они изначально не предполагали достижения договорённостей. Отряду поручили отогнать чужаков, дав понять, что или они уходят добровольно, или их унесут вперёд ногами. Командующий проявил изрядный гуманизм, запретив сразу вступать в огневой контакт. Строго при невыполнении требований.

Кстати, о нём. Удивительно, но командующий не отверг предложение здоровяка, возглавлявшего группу, и согласился пообщаться лично. Чем переговорщики заслужили такую честь, Саня не знал. «Наверху» виднее.

— А нельзя поступить по-человечески⁈ — крикнул черноволосый. — Наплевать на протоколы, дать им свободу?

— Я же не человек, — послышался смех. — Дети содержатся в нормальных условиях, им ничего не угрожает, но отпустить их невозможно.

Саня тоже засмеялся. «Как уделал-то! — подумал он. — „Не человек“! Конечно, командующий — сверхчеловек».

— Слышал? — сержант взял чужаков на прицел. — Шевелите ходулями, грузитесь в свою коробку на колёсах и катитесь!

— А ты не слишком борзый? — вдруг подал голос блондин. — Думаешь, за автоматом спрятался и сразу крутым стал?

— Я тебе и без него башку откручу да в футбол ей сыграю, — парировал сержант.

Блондин скинул куртку и поманил его к себе.

— Давай так, — предложил он сержанту, — если я тебе накидаю, отпускаете пленников. Если ты — мне, мы уходим.

Вновь ожила рация.

— Любопытно, — голос командующего звучал заинтересованно, — вы нас минуту назад убеждали, что не желаете зла и безобидны, а теперь хотите затеять мордобой…