— Видишь, Виктор, ты с нами. И мы снова будет тебя лечить. Но теперь уже по-другому. Ты стал плохим мальчиком. А плохим мальчикам требуется особое лечение.

— Я — плохой?

— Плохой, — подтвердил Игорь.

— Вы и наполовину не представляете, какой я плохой, — уныло согласился я. — Мне так стыдно.

— Мы представляем, представляем, — усмехнулся Игорь.

— Уж постарайтесь, — ответил я. Высвободил руку, а другой отвесил Игорю плюху с трехдневным звоном. Освободившейся рукой — другую.

— Не люблю, когда меня хватают, — пояснил я.

— Берите его, — закричал, не поднимаясь с пола, Игорь.

И они пришли меня брать. Двое. Крепкие, быстрые, тренированные. В руках дубинки. Не дубины с картин о первобытном мире, и не полицейские дубинки, а коротенькие дубинки, которые в руках мастеров стоят больших дубин. Эти были мастерами без всяких скидок, да ещё с навыками работы в паре.

А драться я не умею. Ну, почти. Тренировочные постановки показывают бой, то есть действие, когда соперника следует убить. Убить человека много легче, чем схватить, обездвижить, пленить. И всё-таки я бы справился без больших кровопролитий, если бы Анжелика не выстрелила в меня из шприц-пистолета. Сам виноват: не поворачивайся к жене спиной.

Я выдернул шприц из ягодицы, но поздно — содержимое уже вошло в мышцу. А ягодичные мышцы снабжаются кровью хорошо. Отлично снабжаются. И кровь из ягодиц, совершив круг, попала в мозг. Опять набрался дряни, подумал я, и сполз на пол.

Никто не мешкал. Мастера дубинок стукнули меня по рукам и ногам (весьма эффективные удары), потом перевернули лицом вниз и надели наручники за спиной. Пластмассовые, но мне, в общем-то, было всё равно.

А поднявшийся с пола Игорь совершенно непрофессионально пнул меня в висок.

— Что дальше? — из всех Лика оставалась самой спокойной. — Будешь его потрошить? Прямо здесь? За пару оплеух мстить?

— Причём здесь оплеухи… Я проверял, не притворяется ли он.

— И как, проверил?

— Не притворяется. Но ты ему ещё одну дозу введи, на всякий случай. Видела, как он лихо выдернул шприц?

— Второй дозы он может и не выдержать. Организм непредсказуем.

— То-то и оно, что непредсказуем. Тебе разобраться в нём хочется, покопаться, но для этого нужно его сначала доставить в клинику. А если он опять начнёт буйствовать?

— Хорошо. Введу половинную дозу.

И опять уколола в ягодицу. Через одежду. Видно, меньше всего Анжелика боится, что я умру от заражения крови.

— Вывозим на скорой?

— Да, как обычно.

— В институт?

— Нет, в лес. Там и работать спокойней, и вообще.

Я не знал, как они вызвали скорую. Возможно, отключился, а скорее, кто-то нажал кнопку в радиотелефоне, и всё.