— Странно это как-то, — заметила Марена и замолчала, хмыкнула. — Если я буду называть вас дедом, это не будет слишком отдавать Минтом?
— Думаю, тогда он запишет тебя в сестры, — пошутил в ответ Бран. — Так что именно странно?
— Он же несколько лет готовился к мести, искал вас, чтобы убить. А теперь вот вы беседуете, словно старые друзья, он помощь предлагает, вы ему зелье дали, чтобы крыло вылечить. Это солидарность героев, о которой мне бабушка рассказывала?
— Пожалуй, что да, — ответил Бран. — Не знаю, что еще тебе рассказывала Плата, но взаимоотношения героев штука сложная и запутанная, хотя, возможно, у обычных живых все еще сложнее. Героями не становятся просто так и во всех нас, помимо мощнейшего позыва быть первыми, лучшими, сильнейшими, сидит еще и желание защитить других живых. Кто-то сразу идет с ним в герои, кто-то приходит к нему через кровь, пот и смерть, но если ты не защищаешь живых от монстров, демонов, драконов и других опасностей, то ты не герой. Одни лишь уровни не делают живого героем — иначе им бы был и Рыжая Борода, да что там, любой старый дракон был бы героем или живой, набравший уровней за счет Проклятия Маны, тоже считался бы героем.
— Так ты не герой, дедушка? — спросила Марена и слегка смутилась. — Как-то все равно не то.
— Мне тоже как-то неловко звать тебя внучкой, — признался Бран. — Да, сейчас я не герой, хотя и был им. Защитим Стордор, спасем всех от хозяина подземелий и снова стану им, если найду Ролло или другой способ снять Покров Тайны. Но это сейчас неважно. А рассказываю я тебе это, чтобы ты понимала, почему так поступил Громоптах. Мы сейчас в квесте по защите живых. Ни один нормальный герой не будет мешать другому герою в таком деле, а то еще и поможет.
— А Трентор Громоптах — нормальный герой? Поэтому он нам помогает?
— Именно. И я ему помогаю, потому что он сильный герой, а против хозяина подземелий нам потребуются все герои. Но при этом Трентор — живой, как и все мы, и не надо думать, что он меня простил или что-то забыл. Нет. В боях мы будем прикрывать друг другу спину и спасать, но когда история с этим хозяином подземелий закончится, Громоптах бросит мне вызов и мы сойдемся в поединке.
— Насмерть?
— Если он так сильно любил Вольту, то да, насмерть. Если он осознает и примет историю ее смерти, то мы просто подеремся, выпуская пар. В любом случае, он мне наваляет, полсотни уровней разницы и я пять лет сидел без дела, а он непрерывно тренировался, — равнодушным тоном объяснил Бран.
— А ты любил бабушку?
— Да.
— Больше жизни? — жадно спросила Марена, подаваясь вперед.