Она могла перепрыгнуть 200-й уровень, стать аристократкой по уровням, но что это изменило бы? Посмотрел бы на нее Бран, вернулся бы? Нет. Или королева, или героиня, и Иааиуиэль знала — ни той, ни той ей не стать в ближайшем времени. Минт? Так тот и так смотрел, взгляда не мог оторвать, с титулом или без.
Как все было просто раньше!
— Собственно, перед вами один из этапов становления команды героев, — заметил Нимрод, обращаясь к Гатару, — только обычно он не так ярко выражен. Подбираются по одному, да и живые обычно с большим опытом и уровнями, но где-то что-то вот так и есть. Отношения, ревность, ссоры. Вы, можно сказать, прошли этот этап с Ираниэль, а теперь вот увидели в расширенном виде.
— А чтобы разрешить вопрос, надо всем друг с другом переспать? — почесал со скрипом в затылке Гатар.
Марена оживилась было, но тут же с сомнением посмотрела на Минта. Тот выпятил тощую грудь, затем с сомнением посмотрел на Гатара и Моростона.
— Дед, а точно всем со всеми?
— Это только так говорится, на самом деле никто никого не принуждает вступать в нездоровые отношения, — пояснил ему Нимрод. — Просто обычно выходит такой вот… геройский разврат, как его называют в народе.
Злость снова вспыхнула в Иааиуиэль, прострелила с головы до пят.
— А в этот раз не выйдет! — заявила она, вскакивая. — Да вообще не выйдет! Я тебе обещала что-то, Минт? Забудь!
Бард огорченно выпучил глаза и надул щеки.
— Тебе нужна помощь, — опять сказал Гатар.
— Поэтому я отправлюсь в храм Филоры и буду там молиться, — отрезала Иааиуиэль.
А не поможет, так спрыгну и убегу прочь сама, все лучше, чем рвать волосы и портить жизнь себе и друзьям, добавила она мысленно.
11 день 8 месяца 879 года, Амадия
Навещая подземелье — вполне себе спокойное, кстати — Бран невольно вспомнил такой же визит в Таркенте. Если бы он тогда действовал смелее, не стеснялся использовать Способности, успел бы он к Плате? Выиграл бы те драгоценные секунды, за которые она успела бы рассказать про Марену? Если бы вспомнил про зелье Алхимика, помогло бы оно Укротительнице?
Пожалуй, на такое могли ответить только боги.
В среде героев было не принято жалеть о прошлом и бесплодно размышлять о том, «что могло бы быть». Верная дорога к Проклятию или, как минимум, к тому, что в решающий момент герой медлил секунду и погибал. Или погибали его друзья.
Да, вздохнул Бран, все дело в последних годах и тому, что им предшествовало. Он привык бесплодно размышлять, привык перебирать мысли и воспоминания, снова и снова переживая те моменты, в которых он убивал своих друзей, соратников, любимую. Он долго вживался в шкуру Брана и теперь та не хотела слезать, вела, подталкивала.