— Я могла бы сейчас получить от тебя все ответы, — произнесла Светлейшая, подходя ближе.
Рука ее коснулась подбородка Иааиуиэль и по телу темной эльфийки прокатилась волна возбуждения.
— Но не буду, — улыбнулась Оаэлиниииэ уголками губ.
Наваждение схлынуло, перед Иааиуиэль снова стояла пожилая эльфийка. Властная, бледная, с какой-то легкой тиарой а-ля корона на голове, но все же — обычная живая. Не светящаяся богиня, за взгляд которой можно умереть.
Безумие эмоций ушло, вернулись осторожность и рассудок. Надо было что-то сказать, но что? Любые слова сейчас выглядели как хождение по тоненькой веточке над пропастью. Напасть на королеву? Но в глубине души она знала ответ. Не королеву, не было в тот момент перед глазами Иааиуиэль никакой королевы. Вот соперница, отнявшая любимого мужчину, была. Не разум, инстинкты и ревность требовали расцарапать сопернице лицо, порвать платье, повалить на пол и унизить, в общем, сделать не привлекательной.
Глупость? Колоссальная.
— Следуй за мной, — сказала Светлейшая, разворачиваясь.
Иааиуиэль последовала, понимая, что не последует, так ее подхватят под темны рученьки Хранители и понесут. Возможно даже без сознания. В то же время возродившийся внутри мелкий злой голосок нашептывал, что это все Бран виноват. Стал, понимаешь ли, героем, никому не кланяется, всех бьет, с королевами спит, да еще и других заражает своим дурным примером!
Маг-портальщик переправил их куда-то и какое-то количество шагов спустя они оказались на небольшой уютной террасе, балконе-уступе на теле мега-дерева. По высоте где-то две трети ствола, прикинула на глаз Иааиуиэль, бросив взгляд вниз.
— Это, можно сказать, мои личные покои, — сказала Оаэлиниииэ с легкой улыбкой. — Когда мне хочется отдохнуть, я сижу здесь, вдыхаю аромат дерева и горячего ягодного пунша, а также любуюсь закатом.
Иааиуиэль молчала, по-прежнему не зная, что говорить. Кидаться на королеву? Глупо и бессмысленно. Прыгать за балкон? Глупо и самоубийственно. Молчать и все отрицать? Так ее снова очаруют и она сама все выдаст.
— Садись, раздели со мной этот пунш и ответь, так что ты чувствуешь в себе?
— Я, я не понимаю, — презирая себя за этот жалкий лепет, ответила Иааиуиэль. — Что вы хотите услышать?
Она пыталась вызвать в себе прежнюю злость, ревность, ярость, напоминала, что вот он прекрасный шанс избавиться от соперницы! Падения с такой высоты, чуть ли не в восемьсот футов не переживет никто. Пыталась, но искра злобы не разгоралась в пожар, гасла в трусливых напоминаниях и дрожи тела.
— Что я хочу услышать, — задумчиво повторила Оаэлиниииэ, отпивая глоток пунша. — Ох, деточка, в этом-то и проблема. Когда ты королева — легко сделать так, чтобы говорили только то, что ты хочешь услышать. Слышать только приятное, упиваться этим нектаром восхвалений, за которым потом придет жестокое похмелье реальности.