Жили они, как правило, недолго.
— Я тут слышал, про Эл Дожа новая книга вышла, что-то там на дне морском, — заметил Бран небрежно.
«Алмазный Кулак Ярости» и «Бранд в драконьих горах» лежали среди других книг на соседних прилавках. Судя по всему, дела у этого Эл Смита шли отлично, лавка с видом на королевский дворец, огромные прилавки с различными книгами, не только развлекательными. Наставления по оружию, учебники магии, справочники по профессиям, хватало и специальной литературы.
— Да-да, вот она, Эл Дож на дне морском, — указал ему продавец.
Бран взял ее, раскрыл, делая вид, что вчитывается внимательно, выискивая любовные сцены. Собственно, в этом он был не одинок — как и с серией «Повелительницы корней» (книги которой занимали отдельный прилавок), многие читали Эл Дожа только ради любовных сцен и сражений.
Заглянув туда-сюда, пролистнув через страницы, Бран быстро уловил содержимое. Эл Дож в книге, как всегда, использовал свой излюбленный приём, добивался своего через женщин. Русалка-глубинница уже, стремясь доказать ему, что она тоже женщина, достойная любви, сменила свою рыбоформу на обычную и раздвинула хвост, ставший ногами.
Можно было не сомневаться, через пару глав Эл Дож получит то, что хочет, информацию о какой-то загадочной огромной жемчужине, обладающей божественными свойствами. Затем ему потребуется достать жемчужину и он переспит с другой русалкой, а первая будет ревновать, и где-то там вылезет страж жемчужины или Эл Дож в последнюю секунду ускользнет от погони.
Разумеется с помощью Диаты, богини морей, которую он тоже того. Возможно даже на жемчужине.
В общем, можно было почитать, а также понаблюдать тем временем за королевским дворцом.
— Благодарю, я возьму, — подергивая головой, обратился он к продавцу. — Люблю, знаете ли, хорошо прожаренную рыбу.
Продавец, отвернувшись, слегка поморщился, наверное не любил глубинников в их рыбоформах. Да и то сказать, глубинники зачастую отвечали взаимностью в этом вопросе жителям суши, и потому ходило так много легенд и баек, дескать, увидеть русалку к беде. Разумеется, ходили и иные их вариации, обычно про ловкого морячка или храброго капитана, который так продрал оную русалку, что та — непременно какая-нибудь глубоководная принцесса — преисполнилась благодарности и тут уже байки расходились в плане награды.
— Что тут у нас еще есть, — пробормотал под нос Бран, обращая внимание на соседние столики — прилавки.
Взял в руки «Алмазный Кулак Ярости», раскрыл посредине. Разумеется, он его читал и ранее, и автор там даже не слишком наврал. Или, точнее говоря, не настолько наврал, чтобы Брану захотелось найти его и пристукнуть.