Это было первое хорошее известие за вечер. Я сняла перчатки и положила их на стол.
— Что с домом?
Лорен потёр переносицу.
— Стража герцога Ровера оцепила главный вход. Большинство гостей успели уйти до её прибытия. Несколько человек дали показания, но, как и следовало ожидать от закрытого аукциона, никто ничего не видел, никого не знает и вообще оказался там совершенно случайно.
— Что произошло с мужчиной в серебряной маске?
— Исчез.
Я и не надеялась на другое.
Риан тем временем остановился возле окна. Он не вмешивался, но по тому, как внимательно слушал, было понятно: ни одно имя не проходило мимо.
Лорен наконец посмотрел на него.
— Полагаю, теперь мне следует обращаться к вам как к Вашему Высочеству.
— Пока достаточно Риана.
Поверенный коротко кивнул, словно добавил эту странность к остальным и решил разобраться с ней потом.
— Тогда, Риан, у меня есть один вопрос. Что вы собираетесь делать дальше?
Я повернулась к нему. Вопрос был своевременный.
Риан провёл пальцами по металлическому ободу на шее, будто тот начал мешать сильнее именно сейчас.
— Вернуться в столицу.
— И объявить, что вы семь лет были живы?
— Для начала.
Лорен посмотрел на меня. Я знала этот взгляд. Обычно он означал, что клиент только что предложил юридический план, способный обеспечить поверенного работой до конца жизни.
— Насколько мне известно, через три недели должна состояться коронация принца Дарена.
Риан резко повернулся.
— Через три недели?
— Двадцать один день, — уточнил Лорен. — Совет утвердил дату ещё весной.
В комнате ненадолго стало тихо. С улицы донёсся стук закрываемых ставней, затем кто-то громко позвал извозчика.
Риан отошёл от окна.
— Значит, придётся успеть раньше.
Меня сейчас интересовала другая часть проблемы.
— Допустим, вы вернётесь в столицу и Совет признает, что вы действительно Риан Вейран. Что тогда произойдёт со мной?
Он понял, о чём я спрашиваю, и сразу посмотрел на запястье.
Лорен посмотрел туда же. О существовании метки он, конечно, знал, но до сих пор благоразумно делал вид, что золотое имя наследного принца на руке его клиентки — совершенно обычная юридическая неприятность.
Риан подошёл ближе к столу.
— Я уже говорил, что от истинной можно официально отказаться.
— Этот момент в сегодняшнем дне понравился мне больше всего. Осталось только выяснить, когда вы откажетесь.
— Сейчас это ничего не изменит.
Разумеется. Я сложила руки на груди.
— Для императорской семьи действуют отдельные правила. Отказ должен быть признан Советом и храмом. Пока я считаюсь погибшим, провести его официально невозможно.