И вот когда со временем все было решено, и начались споры относительно места. Горячие споры, сам Александр с трудом удерживал остальных жителей станции от жестоких драк. И когда страсти накалились уже до предела, всех очень быстро успокоил Инженер Линн:

— Так, погодите, мы, мне кажется, вообще не о том спорим. На Земле в ту эпоху было три государства, обладающих достаточными размерами, чтобы при отклонении от цели на полторы тысячи километров мы все же оказались внутри одного государства, и при этом обладающими очень нужными нам для выполнения намеченных задач ресурсами: это США, Китай и Россия. В США и России слишком мало людей, в Китае технологическая база не может обеспечить хоть какую-то самостоятельность…

— Еще Индия и Бразилия, — тут же поспешила уточнить Ха-Юн.

— Индия в это время — всего лишь колония Британии, а тамошняя кастовая система вообще не позволяет людей массово научить чему-то нужному. А Бразилия — покрытая джунглями практически безлюдная территория, там даже пробовать что-либо сделать смысла нет.

— Тогда я за США, — тут же предложил Линн, — там самые развитые технологии.

— И расизм, — отмел его довод Александр, — а вероятность попадания в негра…

— Понятно, то есть выбираем из Китая и России.

— Из Китая не выбираем, — снова отверг поступившее предложение Александр, — у нас ни один не знает китайского языка.

— Язык можно за сутки выучить, — флегматично отозвалась Медик, исключительно циничная женщина по имени Консуэла.

— А менталитет? Я понимаю, что мы что-то от носителя получим, но вот получится ли нам свой менталитет совместить с китайским?

— То есть, ты хочешь сказать, что у нас и выбора нет?

— Выбор есть всегда, но я предпочитаю выбирать лучшее. Ну что, будут иные предложения?

— Если выбирать Россию конца десятых годов двадцатого века, то целиться нужно в Москву, — как не требующий пояснений факт сообщил Навигатор, имеющий даже имя «под профессию»: его звали Нави. — В Сибири какой-нибудь нам просто вместе собраться будет крайне сложно, да и влиять на людей стоит начинать там, где эти люди все же имеются.

После этого все обсуждения и споры закончились, люди все силы тратили на изучении того, что им может в будущем прошлом пригодиться (точнее того, без чего шансы на выполнения поставленной ими перед собой задачи оказывались нулевыми) — и все это время они потратили не зря.

Вообще не зря: всего за полгода Петр сумел в Мотовилихе создать заводик, производящий забавные четырехколесные мотоциклы с гусеницами, которые армия была готова приобретать сотнями — причем по очень интересной (для владельца заводика) цене. Правда, чтобы получить начальный капитал, Петр использовал «профессиональные навыки» Александра, но во-первых, цель оправдывает средства, а во-вторых средства эти Александр «изъял» у банды откровенных душегубов, на счету которых было уже немало сгинувших православных душ. Так что Петр не счел содеянное большим грехом, а заводик за полтораста тысяч продал вообще в течение недели. А теперь, приехав в Москву и обустроившись, он собрался «собирать соратников». Как встретиться людям, которые никогда раньше друг друга в лицо не видели, придумала Ха-Юн, и теперь Петр разглядывал номера «Московских ведомостей»: про его просьбе трактирщик ему принес все листки за последнюю неделю. Петр пытался разобраться, как и за какие деньги в этой газете люди дают объявления — и внезапно его глаза остановились на одном таком. Очень его смутившем: