Товарищ Сталин провел очень серьезную агитационную работу, и по России очень многие мужики в такие товарищества уже вступили. Не все, далеко не все — однако «товарищи» уже в двадцать четвертом на собственном кармане почувствовали преимущества совместной работы. И на собственных столах увидели эти преимущества — а теперь и остальные мужики подтягивались. Правда, все это относительно успешно происходило именно в русских губерниях, а в губерниях южных и на Кавказе ситуация выглядела далеко не так радужно. И Андрей Владимирович послал Иосифа Виссарионовича эту проблему решать уже на Кавказе. Послал, дав изрядные полномочия и обеспечив серьезную государственную поддержку.

В Тифлисе Сталин в первые же дни после получения назначения встретился со «старым знакомым»: полковником Лавровым, начальником Кавказского отделения жандармерии. Все еще полковником: племянник дяде объяснил, что продвигать его он просто не вправе — в чинах продвигать, а вот в увеличении круга обязанностей — не только может, но и должен. И теперь полковник Лавров руководил жандармерией и на Кавказе, и в Южном Причерноморье вплоть до Синопа и Эрзерума. То есть работы у него было исключительно много, но с новым «ответственным за развитие сельского хозяйства» он встретиться время все же выкроил:

— Иосиф Виссарионович, если я не забыл? Рад, душевно рад, что вы ныне силы свои на пользу Державе направить решили. Насколько я понял, вас сюда направили в том числе помочь и господину Берии? Тогда я бы вам посоветовал в первую очередь обратить внимание на… на тех, кто именует себя интеллигенцией, особенно в Батуме и в Поти. По нашим сведениям, именно они так сильно мужиков на всякие безобразия подбивают.

— А что же вы их не… укротите?

— Укротить-то их — дело нехитрое. Но дело вот в чем: некоторые делами подобными занимаются не бесплатно, получая изрядные выплаты от врагов государства нашего, но многие — особенно молодые люди — творят это по глупости, оболваненные, прямо скажу, платными агентами британскими. И вот таких отправлять на уборку снега в Сибири мне не хотелось бы, а вот объяснить им, в чем они заблуждаются, мы не можем: они нас вообще слушать не хотят. Но, возможно, вас они и послушают…

С Лавровым Сталин был «знаком» довольно давно, и уже давно считал его человеком исключительно честным: несмотря на то, что Тер-Петросян явно указал на Сталина как на организатора ограбления банка в Тифлисе, полковник провел тщательное расследование и доказал, что Иосиф Джугашвили (как и Леонид Красин, на которого Тер-Петросян тоже дал «показания») физически не могли в этом ограблении участвовать. Это, мягко говоря, не способствовало карьерному росту жандарма, но для него «истина была важнее» — и Сталин это запомнил. Так что он на встрече с полковником просто обсудил предлагаемые жандармом мероприятия, договорился о взаимодействии при необходимости — а затем, там же, в Тифлисе, познакомившись с ответственным за осушение колхидских болот архитектором Берией, поехал «изучать обстановку на месте» в Поти…