Следовало прояснить всё это и выждать. Так или иначе, но весы успокоятся и дадут ему возможность действовать.

Жаль мальчика. Однако гибли и более одарённые Богами. Содружеству нужен Аннхелл, а Империя не уступит.

На коммуникационной панели неласковым красным зрачком загорелся вызов.

Бгоро Тауэнгибер! Лёгок же на помине…

Это тоже было нехорошо и некстати.

— Слушаю тебя, — с обычной холодностью в голосе отозвался эрцог.

Холодностью, которая пугала многих, но не регента, пока не умеющего отличить безногую ящерицу от гадюки.

— И не видишь? — с усмешкой спросил Бгоро.

Локьё и в самом деле на экран не смотрел, и видел не мужчину, а мальчишку из недалёкого прошлого. Память застилала ему глаза. Как в день первого их знакомства: чёрная, как Бездна, физиономия, ангельские золотые кудряшки…

Выродился же, как пятно на новеньком сапоге!

Но Бгоро яавно имел ввиду не околотрансовые галлюцинации эрцога дома Сапфира.

Локьё включил обзорный экран и увидел ещё пропадающий от магнитных помех сигнал «Крематора», только что вышедшего из зоны Метью.

Бгоро Тауэнгибер, регент дома Аметиста, сводный брат Эрзо, носивший в средних кругах прозвище «Чёрный регент», славился пренебрежением к правилам безопасности. Он приказал вывести «Крематор» почти нос к носу с «Леденящим».

Эрцог и без сетки координат видел, что расстояние между кораблями, учитывая «качание», вряд ли составит больше двух магнитных единиц.

Ещё поди сам тыкал пальцем в пульт, умелец!

Локьё изобразил губами неудовольствие. Сначала Пфайфер, теперь этот бравирующий юнец (Тауэнгиберу было всего-то 120 с ушами). Резвый, самонадеянный, ничего не умеющий… Пламя и Бездна!

— Не рад? — делано удивился чёрный регент.

— Дышу и помню. — Локьё сморщился, словно отведал прокисшего сидра.

— Дядя так много говорил о тебе… — начал было Чёрный регент, но Локьё бесцеремонно отрубил связь.

Мол, помехи прут табунами. А ты, раз припёрся без приглашения, вот и болтайся себе, а мне не до болтовни.

На «Крематоре» причину помех поняли по-своему. Крейсер полыхнул на экране, разрывая возникшую, как показалось дежурной бригаде, гравитационную сцепку, и откатился на зюйд-надир.

Решили, что сами виноваты в помехах? Ну-ну…

Эрцог фыркнул и откинулся в кресле. Он ощутил неожиданное облегчение.

Бгоро Тауэнгибер, Пфайфер, фон Айвин…

Схождение идиотов означало, что можно будет заняться не изоляцией а, возможно, и убийством молодого имперского капитана, но более мелкими и суетными проблемами.

В конце концов, капитан — единица неучтённая и не признанная Советом домов Камня. Стоит ли проявлять инициативу?