Беата подняла глаза и заметила вопросительный взгляд Катрины.
– Знаю, что ты думаешь, – сказала она. – К чему такая аккуратность, это ведь не место преступления. Но это оно и есть. Любое место совершения нераскрытого убийства было и остается местом преступления, где в принципе можно найти следы.
– Ты надеешься отыскать здесь следы Пилильщика? – спросил Столе.
– Нет, – ответила Беата, разглядывая пол.
Наверное, хозяева бросили это занятие. Здесь было такое море крови, проникшей так глубоко в трещины пола, что отскребать его было бесполезно.
Столе посмотрел на часы:
– У меня скоро пациент, так, может, расскажешь нам про идею Харри?
– Мы не информировали об этом прессу, – начала Беата, – но, когда мы обнаружили труп в комнате, где мы сейчас находимся, нам пришлось сначала убедиться в том, что мы нашли труп человека.
– Ой, – сказал Столе. – Мы услышим продолжение?
– Да, – уверенно произнесла Катрина.
– Труп был распилен на такие мелкие кусочки, что на первый взгляд определить было невозможно. Груди он поместил на полку буфета вон там. Единственный найденный нами след – это поломанное полотно ножовки. И… да, те, кому интересно, могут прочитать остальное в отчете, который я захватила с собой. – Беата похлопала по своей сумочке.
– О, спасибо, – сказала Катрина с улыбкой, которая могла бы показаться слишком сладкой, так что лицо ее немедленно приняло серьезное выражение.
– Жертвой была молодая девушка, находившаяся дома одна, – продолжила рассказывать Беата. – И в тот раз нам приходило в голову, что почерк этого убийцы имеет сходство с почерком убийцы из Триванна. Но сейчас самым важным для нас является то, что это убийство не раскрыто. И что оно было совершено семнадцатого марта.
В комнате воцарилась такая тишина, что стали слышны громкие радостные крики, доносившиеся со школьного двора неподалеку от леса.
Первым заговорил Бьёрн:
– Это ж через четыре дня.
– Да, – сказала Катрина. – И Харри, этот больной человек, предложил нам устроить ловушку?
Беата кивнула.
Катрина медленно покачала головой:
– Почему никто из нас не додумался до этого раньше?
– Потому что никто из нас не понял, как именно убийца заманивает жертвы на места преступлений, – сказал Столе.
– Не исключено, что Харри ошибается, – произнесла Беата. – И в отношении того, как это происходит, и в отношении того, что именно на этом месте произойдет следующее преступление. С момента первого убийства полицейского уже прошло несколько дат совершения нераскрытых убийств в Восточной Норвегии, и ничего не случилось.
– Но, – ответил Столе, – Харри увидел схожесть между Пилильщиком и другими убийствами. Контролируемое планирование в сочетании с очевидно неконтролируемой жестокостью.